Ректор РУДН, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист РФ Олег Ястребов о том, как Минцифры предлагает определять авторство во взаимодействии с искусственным интеллектом (ИИ), и о мировой практике в этом вопросе.

18 марта 2026 года Минцифры России спустя месяц после анонса представило проект закона "Об основах государственного регулирования сфер применения технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации".

Можно смело говорить, что наше государство находится в числе первых, кто планирует создать самостоятельный крупный закон об ИИ. С начала 2026 года уже в двух странах — Южной Корее и Казахстане — вступили в силу соответствующие законы.

В Евросоюзе в 2024 году была попытка как-то разобраться с ИИ: именно тогда там первыми в мире приняли комплексный акт — Artificial Intelligence. Тем не менее считать ЕС первопроходцами в регулировании ИИ нельзя, так как введение отдельных норм этого документа растянуто на три года, до 2027-го включительно. С точки зрения эффективности правового регулирования подобное решение выглядит очень странным, ведь к этому сроку бурно развивающиеся технологии в сфере ИИ обязательно изменятся, поэтому документ вряд ли можно будет считать актуальным и использовать в качестве юридической опоры для решения споров.

Охраняется только "творческий объект"
Минцифры в опубликованном законопроекте четко прописывает, что все созданное с помощью ИИ будет охраняться согласно правилам, прописанным в Гражданском кодексе, и исключительные права на такие объекты также будут регулироваться им.

Проект закона развивает положения кодекса о том, что "автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано". Но именно здесь и кроется главная проблема, так как исчерпывающих критериев творчества законодательство пока не содержит.

Если посмотреть на мировую практику, то уже существует два важных решения относительно наличия творчества в генерациях. Верховный суд США в марте 2026-го постановил, что произведение, созданное исключительно ИИ, не имеет творческого вклада человека, поэтому не может охраняться авторским правом. Пекинский интернет-суд, наоборот, признал авторское право на изображение, созданное с помощью ИИ-модели.

Суд разъяснил, что раз автор самостоятельно разработал промпт (англ. prompt — "подсказка", "инструкция" — текстовый перечень требований, которые пользователь отправляет нейросети для выполнения конкретной задачи), где указал композицию изображения и параметры визуального макета, то в этом случае усматривается творческий вклад в создание результата, достаточный для защиты прав автора.

Важно, что проект российского закона дает ответ на вопрос: охраняется ли генерация (создание нового контента) в целом? Да, охраняется, но с условием о творческом вкладе. С этим уже можно работать юристам, развивать подход дальше, искать в судебной практике ту самую призрачную границу творчества.

Но здесь важно понимать, что судебная практика в отношении промптов и их авторства пока еще не сформировалась, так как мы находимся только в самом начале истории взаимодействия человека и ИИ. Технология развивается быстрее, чем получается ее осмыслить.

Массовый пользователь получил возможность общаться с ИИ неполных четыре года назад, когда в ноябре 2022 года представили Сhat GPT с революционным интерфейсом — текстовое поле, куда в свободной форме можно писать запросы, что превратило сложный алгоритм в доступного каждому собеседника.

Вопрос, будет ли признаваться короткая команда чат-боту творческим вкладом в созданную генерацию, пока открыт. А если таких команд будет две? Или, может быть, в промпте нужно отразить какие-то конкретные черты будущего объекта?

Полный текст на tass.ru
Текст: Олег Ястребов
Фото: Zhang Xiangyi/ China News Service/ VCG via Getty Images