Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

03.02.2019

Права на издательские проекты: руководство к действию

Петра Хардт
специалист по правам и лицензиям издательства «Зуркамп» (Suhrkamp Verlag)

Александр Иванов
главный редактор «Ад Маргинем Пресс», издатель книги г-жи Хардт в России

В изобилии DIY-изданий и бесконечных кулинарно-гормональных советов блогеров появление новой книги о профессиональном мастерстве издателя – это настоящее событие в книжном сообществе. А в данном случае еще и повод поговорить о Германии и о тех переменах, которые происходят сегодня внутри классического гутенберговского треугольника: автора, издателя и книги.


Светлана Зорина: Сегодня у нас очень важный повод для разговора. Мы представляем книгу, которую не сможет пропустить ни один профессиональный издатель, редактор, литературный агент или писатель, – «Приобретение, защита и продажа прав на издательские проекты».  Благодаря поддержке Центра немецкой книги в Москве мы сможем лично пообщаться с её автором Петрой Хардт, специалистом по правам и лицензиям издательства «Зуркамп» (Suhrkamp Verlag). И в этом нам поможет главный редактор «Ад Маргинем Пресс», издатель книги г-жи Хардт в России Александр Иванов. Петра, как создавалась книга, насколько важно для вас её появление в России?

Петра Хардт: Я хотела бы начать со слов благодарности моим российским издателям. Уже 40 лет я занимаюсь темой прав на издательские проекты, но впервые работаю в России и сразу с таким уважаемым издательством, как «Ад Маргинем». Для меня это действительно очень важно и значимо. Спасибо!

Эта книга родилась из моей ежедневной работы в издательстве «Зуркамп» (Suhrkamp Verlag). Как и другие крупные издательства, оно обладает большим количеством прав и лицензий на издательские проекты. И важно правильно распорядиться этим богатством. Ведь права и лицензии – это основная часть издательской программы. Не обладая полной информацией о том, какие права на использование доступны, какие именно лицензии могут быть реализованы и как устроен договор с авторами, ни один издатель не сможет построить свою программу и не сможет понять, как именно будет выглядеть издаваемая им книга.

Я всегда выступаю за то, чтобы практическую деятельность подкреплять теоретической основой, и именно поэтому приступила к написанию книги под названием «Приобретение, защита и продажа прав на издательские проекты». Первое издание вышло в 2008 году, и в нем еще не было деталей, которые относятся к эпохе цифровых изданий. Но сегодняшнее, переведенное на русский язык издание вышло позже и включает в себя всё то новое, что появилось за это время на рынке.

Светлана Зорина: Петра, отличается ли чем-то издательство «Зуркамп» от других немецких издательств в плане отношения к авторам и работы с правами и лицензиями?

Петра Хардт: В том, что касается отношений с автором, думаю, российские и немецкие издательства ничем друг от друга не отличаются. В конечном счете, автор – это бизнес-модель издательства, которая должна быть эффективной и работать в его интересах. Если говорить об особенностях немецких издательств, и не только о «Зуркампе», то мы стремимся заключать договоры с авторами на весь срок действия авторского права. Если мы идем на риск, а издательское дело – это риск, и обязуемся распространять творчество автора на всех языках, во всех возможных видах использования (в театральных постановках, в виде кинофильмов и так далее), то нам необходима уверенность в том, что и завтра права будут принадлежать нашему издательству, нам необходимо долгосрочное планирование. И в рамках именно такой модели авторского договора мы сейчас и действуем. Баланс и наличие долгосрочной перспективы в конечном счете хорошо отражается как на издательстве, так и на интересах самого автора. Пока мы занимаемся не только публикацией, но и переводами, экранизациями, театральными постановками, пока мы демонстрируем автору ежедневную работу с доверенными нам правами на его книги, это будет приносить свои плоды.

Светлана Зорина: В России совершенно другая ситуация, и заключение договора на весь срок действия авторского права – скорее исключение, чем правило. Но мне бы хотелось уточнить: каков максимальный срок действия договора сейчас в «Зуркампе»?

Петра Хардт: Срок действия авторского права в Евросоюзе – 70 лет. Это общее положение европейского законодательства. Я знаю, что в других странах (в России, Китае или Америке) этот срок ограничен 50 годами.

Но у нас иначе, и мы счастливы. Именно так устроены договоры по правам на издание Ролана Барта и Фуко или Гессе и Хандке. Например, к настоящему времени мы смогли заключить более 80 тыс. лицензионных договоров на использование произведений Хандке (Peter Handke) в самых разных видах искусства: это и театральные постановки, и экранизации. И такого многообразия можно было добиться только благодаря длительному сроку действия авторского договора. Конечно, мы понимаем, что в какой-то момент Хандке будет необходимо передавать права по наследству, возможно, он создаст общество по управлению правами. И чтобы это было реализовано эффективно, он должен понимать: издатель и автор находятся в одной лодке, у нас общий интерес. Я не говорю, что такая схема работает всегда. В основном у нас это получается с немецкоязычными авторами, и не всегда с авторами, пишущими на иностранных языках. Но это цель. Цели не всегда добиваются, но к ней хотя бы нужно стремиться.

Александр Иванов: В издательстве «Ад Маргинем» договор с автором сейчас заключается в среднем на 5–7 лет. Иногда этот срок может удлиняться, но, как правило, он не превышает 10 лет. Вероятно, в других издательствах по-другому, в России нет единой модели. Но я хотел бы поговорить о другом, дать небольшую ретроспективу издательства «Зуркамп». Ведь это одно из двух самых известных издательств в Германии. И в золотой век европейского книгоиздания (1950-60-е годы) оно обретало совершенно другую общественную значимость, становилось больше, чем издательство, становилось социальным центром, культурной институцией. А несколько лет назад это высокоинтеллектуальное издательство, представляющее качественный нон-фикшн, поэзию, философию, социальные науки, буквально стояло на пороге кризиса. Мы живем в мире, где в принципе для того, чтобы выжить, издательство, даже такое, как «Зуркамп», вынуждено меняться. Традиционно располагаясь во Франкфурте, университетском городе со своими традициями, со своей богатой культурой, в 2010 году «Зуркамп» переезжает в модный район Берлина, в столицу, я бы сказал, немецкого хипстерства. Так что поменялось за последние несколько лет в том числе и в правовой стратегии издательства? В чем отличие от того, что было, например, 20–30 лет назад?

Петра Хардт: Александр, вы совершенно правильно сказали, что издательство «Зуркамп» в 1950-60-е годы было своего рода первым ответом на произошедшее в эпоху Холокоста. Создание издательства тесно связано с историей Западной Германии или Боннской Республики, как ее называют по-немецки. Бонн, столица ФРГ, – это небольшой город, в общем-то, можно сказать, на тот момент деревня, а Франкфурт, даже не будучи столицей, тем не менее находился в центре нового послевоенного государства и потому очень хорошо подходил для концентрации всего того культурного и духовного наследия, которое продуцировалось в ФРГ. Помимо того, что Франкфурт – большой город, здесь же проводится Франкфуртская книжная ярмарка, располагаются издательство S. Fischer и Биржевой союз немецкой книготорговли.

Но издательство «Зуркамп» вышло из этого окружения и переехало в Берлин. Это было решение вдовы Зигфрида Унзельда, одного из основателей. Она посчитала, что издательство, концептуально ориентирующееся на высокоинтеллектуальную литературу, значительно больший успех будет иметь в столице. Я родом из Франкфурта, поэтому сожалею об этом решении, но, надо признать, оно правильное. Просто потому, что объединенная Германия все больше и больше теряет в федерализме. Всё очень сильно стягивается к столице – не только политика, но и театры, музеи, культурная жизнь в целом. Получается, что все поставщики контента в основном сконцентрированы именно там. Независимым издательствам, а я еще раз подчеркну, что «Зуркамп» до сих пор остается независимым, что просто чудо в наше время, лучше находиться ближе к поставщикам контента, то есть в Берлине.

Что же касается будущего развития издательства «Зуркамп», то наш совет директоров принял решение двигаться аналогично издательству «Галлимар» (Éditions Gallimard), т. е. в сторону большей коммерциализации литературы. Сегодня у французского издателя есть успешные серии путеводителей и детской литературы. И, наверное, в современных условиях это действительно оправдано.

Александр Иванов: Когда будете читать книгу Петры, обратите внимание на очень интересное приложение, где представлено несколько фрагментов из переписки издательств Suhrkamp и S. Fischer со своими авторами. Там есть одно письмо от 1962 года, где издатель S. Fischer предлагает договор Паулю Целану (Paul Celan) на издание сборника его новых стихотворений тиражом 40 тыс. экземпляров! Это к вопросу о коммерции. Так издавалась поэзия в 60-е годы не только в Германии – в Советском Союзе тиражи Евтушенко достигали 100 тыс. экземпляров. Сегодня я бы не сказал, что «Зуркамп» находится в зоне чистой коммерции, хотя издание «Неаполитанского квартета» Элены Ферранте (Elena Ferrante) – это коммерческий проект. Если не секрет, был ли аукцион в Германии на покупку прав Ферранте, сколько издательств принимало участие и какие суммы фигурировали вокруг покупки её прав на немецкий рынок?

15 % – это максимальная ставка, которую мы можем заплатить автору.

Петра Хардт: Высокие тиражи, как мне кажется, остались в прошлом. И такого больше не будет. Мы тоже сталкиваемся с тем, что тиражи становятся меньше. Да, сейчас все читают круглосуточно, но когда приходят домой, для собственно чтения книг времени практически не остается. Касательно издания Ферранте – это хороший пример работы «Зуркампа» как независимого издательства с коммерческой литературой, ведь очень часто мы не готовы платить такие же гонорары, как крупные издательские дома. Но конкретно в этом случае ситуация была немного другой. Несмотря на успех книг Ферранте в США и Франции, в Германии желающих приобрести права в общем-то было немного, поскольку несколько лет назад в издательстве Ullstein были изданы две её книги, но они совсем не пользовались успехом. Так что большому немецкому рынку только предстояло открыть для себя книги Ферранте. И в конечном счете нам помог счастливый случай. Госпожа Ферранте сама захотела сотрудничать с «Зуркампом», потому что у нас издается Криста Вольф (Christa Wolf). Элена уже достаточно заработала в других странах, поэтому смогла отказаться от лишних 100 тыс. евро в Германии. Именно такой была разница в предложениях нашего и других издательств. В итоге за тетралогию Элены Ферранте мы заплатили 180 тыс. евро.

Самое главное – ставки гонораров в нашем издательстве едины для всех авторов.

Светлана Зорина: Как известно, книга может выйти в переплете или в мягкой обложке, в цифровом виде. Как меняется модель авторского вознаграждения в Германии, в частности в издательстве «Зуркамп», в зависимости от формата издания?

Петра Хардт: В отличие от бестселлера, где немного другая математика, всё, что касается первого издания, у нас прозрачно и стандартно. Есть совершенно фиксированные проценты с тиража (роялти), которые зависят от того, в каком виде издание появляется: в твердом переплете или в карманном формате. У нас есть 8 серий карманных изданий и 5 серий изданий в переплете. И главный редактор совместно с представителями отдела прав и лицензий садятся и высчитывают, сколько стоит производство и сопутствующие затраты. Мы не берем цифр с неба, и самое главное – ставки гонораров в нашем издательстве едины для всех авторов. Нельзя допустить, чтобы разные авторы получали существенно разные суммы. Скажем, у нас в издательстве принято, что 15 % – это максимальная ставка, которую мы можем заплатить автору. Если кто-то приходит и говорит, что он хочет 20 %, то, к сожалению, это не наш автор.

Светлана Зорина: Скажите, отличается ли роялти на печатную и электронную книги?

Петра Хардт: Да, отличается. Здесь важно понимать, от какой цены высчитывается роялти, ведь цена издательской поставки отличается от конечной цены продажи. И, так как электронные площадки берут большую комиссию, то у нас гонорар на электронные книги рассчитывается как 25 % от нашей цены продажи, а в конечном счете – примерно 12,5 % от розничной. Мне ближе расчет ставки от конечной цены – просто потому, что автор может прийти в магазин и рассчитать свой гонорар самостоятельно. Это подход издательства «Галлимар», и в договорах этого издательства приняты 12,5 % от розничной цены. Но наш подход обусловлен большой монополизацией сбытовых площадок. Мы фактически беззащитны перед такими компаниями, как Amazon, который сидит в Люксембурге, налогов никаких не платит и постоянно торгуется с нашим отделом сбыта за скидки. И, к сожалению, сделать с этим мы ничего не сможем.

Светлана Зорина: Зато для печатных изданий всё прозрачно благодаря фиксированной цене на книги в Германии. Поэтому расчет рояли происходит как процент от розничной цены и количества проданных экземпляров, верно?

Петра Хардт: Именно так. Все рассчитывается от розничной цены, и, поскольку эта цена фиксированная, автор может рассчитать, сколько он получит. Есть различные схемы расчёта, которые в том числе приведены в моей книге «Приобретение, защита и продажа прав на издательские проекты». Допустим, до определенного тиража автор получает 10 %, от лучшего тиража – 12 %. То есть он может фактически сразу же предоставить все расчеты своему налоговому консультанту.

Александр Иванов: Петра упомянула Amazon, и мне интересно, как складываются отношения с этим дистрибьютором у издательства, насколько Amazon важен сегодня для «Зуркампа»?

Петра Хардт: Нужно начать с того, что издательство «Зуркамп» до сих пор 70 % своих книг реализует через обычные книжные магазины. Связано это с тем, что в Германии культура чтения является приоритетом государственной поддержки. И эта система устроена таким образом, что, во-первых, в каждом, даже самом маленьком, городе есть книжный магазин. Во-вторых, в Германии существуют 876 различных литературных премий. Можно сказать, в каждой деревне есть своя премия и писатель, который получает приз. Это стимулирует культуру чтения, которая в свою очередь активизирует рынок книготорговли, то есть система самовоспроизводится. И еще одна важная деталь – у нас издатели и книготорговые предприятия с самого начала были объединены в один отраслевой союз. Такого решения в других странах мы не видим. Не поймите меня неправильно, я здесь не хочу рекомендовать какую-то определенную модель. И то, что хорошо работает в Германии, возможно, не сработает в России или Китае. У каждой страны своя культура, свои традиции. Нужно искать тот путь, который действительно приведет вас к успеху. Германия исторически представляет собой совершенно особый случай. Потому что все то, что происходило после войны, после 1949 года в обеих частях Германии, неразрывно связано с историей Холокоста.

«Зуркамп» 70 % своих книг реализует через обычные книжные магазины…
 Светлана Зорина: Возвращаясь к теме электронных и аудиокниг, Петра, можно уточнить, какова их доля продаж в вашем издательстве?

Петра Хардт: С Amazon мы работаем в двух направлениях – по электронным и печатным книгам. Доля продаж электронных книг в среднем составляет 5–7 % от тиража издания. Но если говорить о коммерческих проектах, о бестселлерах, допустим, о книгах Элены Ферранте, то здесь мы 10 % продаем в качестве электронных книг. Аудиокнигами мы не занимаемся самостоятельно, только лицензируем их.

Мне кажется, рынок электронных книг до сих пор не сложился просто потому, что нет подходящих для этого устройств. Электронная книга удобна для библиотек или для чтения в путешествии. Но я считаю, что электронную книгу как удобное устройство еще только предстоит изобрести. Сейчас читатели воспринимают это как своего рода субпродукт печатного издания, что отражается на сбыте и объясняет незначительную долю электронных продаж.

Светлана Зорина: В России доля продаж электронных книг также в среднем составляет до 7 %. Тенденции российского и немецкого рынка здесь одинаковы.

Александр Иванов: В прошлом году «Зуркамп» подписал договор с российским автором Марией Степановой на ее новую книгу «Памяти памяти», которая стала лауреатом премии «Большая книга». Получили ли вы мировые права на эту книгу и, если да, то как распорядились ими? Какие у издательства ожидания относительно этой книги и как вы собираетесь работать с её автором?

Петра Хардт: Я боялась этого вопроса, но попытаюсь на него ответить. Мы действительно приобрели мировые права на издание Степановой, но это было решением редколлегии нашего издательства. Я 25 лет работаю в «Зуркампе» и могу сказать, что к нам в последнее время начали напрямую обращаться восточно-европейские авторы, например, Стасюк или Тополь, с предложением воспользоваться правом на издание по всему миру на том основании, что «Зуркамп» – успешное издательство. Как правило, мы говорим авторам: «Нет, это выглядит слишком постколониально для нас, а вот правом издания на территории Германии и Австрии мы, пожалуй, воспользуемся». Издательство всегда представляло творчество наших авторов по всему миру и делало это с максимально удаленным горизонтом планирования. Например, права на книги Стасюка мы приобрели на 25 стран и на 25 лет. Мы сделали много изданий, а затем вернули права его наследнице. Поэтому, с моей точки зрения, приобретать права на глобальное распространение книги возможно, но сегодня рынок меняется. И кстати, эти перемены стали одной из причин написания мною книги. Сейчас рынок стал глобальным, возможностей появилось значительно больше. Каждое издательство может без участия каких-либо агентов самостоятельно заниматься продвижением своих авторов по всему миру. Это утверждение справедливо и для российских издательств, и для китайских, и для арабских. Привязать к себе автора, предоставляя ему максимально полный спектр возможностей для того, чтобы весь мир наслаждался его творчеством, должно стать первоочередной задачей издательства.

Герман Гессе в бэк-листе – это фактически маленькая нефтяная вышка у издательства…
 Александр Иванов: Мы довольно мало работаем с российскими авторами, но принципиальных отличий я не вижу, исключая финансовый аспект. Если брать примерно тот сегмент литературы, в котором мы пересекаемся с издательством «Зуркамп», то есть элитную, highbrow, литературу или нон-фикшн, то вряд ли авансы «Ад Маргинема» могут превышать сумму, аналогичную тысяче евро. Скорее всего, автор в России может рассчитывать на роялти, но как его высчитать в нашей стране? Это тоже проблема. Я знаю, что крупные издательские концерны эту проблему решают, выплачивая роялти вперед по размеру планируемого тиража. Но у «Ад Маргинема» такого опыта не было, скорее мы договаривались с автором о конкретной сумме, чем о неком процентном выражении, так как непонятно, с чего этот процент высчитывать и как определить средневзвешенную издательскую цену. Проще говоря, мы всегда пытались найти компромиссное решение наполнения этого процента и размера самого процента.

Что касается других деталей, то у нас, например, в отличие от «Зуркампа» нет такого понятия, как бэк-лист. И я как раз хотел спросить у Петры, как они работают со своим бэк-листом, потому что это настоящее сокровище, на котором издательство во многом строит свой бизнес. Такие имена, как Томас Манн или Герман Гессе в бэк-листе, – это фактически маленькая нефтяная вышка «в кармане» у издательства. Конечно, не всё так просто, но кто сейчас из бэк-листа «Зуркампа» самый важный в коммерческом смысле? На какое примерно количество стран может распространяться самый успешный автор? Мне кажется, тут могут быть совершенно астрономические цифры…

Петра Хардт: Да, цифры действительно астрономические. Сейчас у нас в ассортименте 12 тыс. изданий, которые мы распространяем в трех немецкоязычных странах. И, пожалуй, наиболее продаваемый автор для нас – это Герман Гессе. В 1961 году, за год до своей смерти, Гессе подписал с нашим издательством генеральный договор на всё творческое наследие. И это позволило нашему главному редактору спокойно планировать выпуск различных изданий Гессе. Ведь если каждый раз нужно смотреть в договор, чтобы уточнить, когда истекает срок действия прав, то книга в нашу издательскую программу может и не попасть. А так, редакция, ответственная за творчество Гессе, может придумывать разные издания и ставить их в план. Например, они очень часто делают антологии. Недавно вышла антология под названием «Гессе в саду». Мы продали 30 тыс. экземпляров за первый год, потом продажи, естественно, стали уменьшаться, и дальше в игру уже вступил наш отдел прав и лицензий, который сказал: «О, антология «Гессе в саду» … наверняка это заинтересует японцев». И действительно, японский издатель продал 130 тыс. экземпляров «Гессе в саду». Конечно, я несколько утрирую ситуацию подобными примерами, но нужно понимать, что в работе с бэк-листом есть очень много креативных моментов.

Еще очень важная деталь... В Китае, в других крупных странах срок действия авторского права составляет лишь 50 лет, а это большие рынки. И в случае с Германом Гессе – например, в 2012 году его произведения на этих рынках стали общественным достоянием. Но как издательство мы знали об этом заранее и готовились. Каким образом? Мы думали над тем, как издательство сможет перекрыть те 80 тыс. евро, которые мы ежегодно получали с рынков, пока произведения Гессе были объектом авторского права, думали, как заработать эти 80 тысяч, но уже с текстов, ставших общественным достоянием.

Александр Иванов: Есть такая забава у европейских издателей. Они смотрят в Википедию, листают года смерти известных писателей, чтобы понять, когда освободятся мировые права. Например, несколько лет назад у «Зуркампа» закончились права на очень популярного, едва ли не самого востребованного в последние 30 лет автора работ по философии и культурологии, выдающегося эссеиста Вальтера Беньямина. И вот Беньямин стал издаваться во всех странах гораздо активнее, хотя сама издательская работа стала менее тщательной. И тем не менее, даже когда права исчезают, «Зуркамп» продолжает издавать очень качественные издания с отличным комментарием, академические издания Вальтера Беньямина. Петра, какая стратегия наиболее оптимальна в момент окончания действия прав – продолжать работать с текстами автора или останавливаться?

Петра Хардт: Спасибо за вопрос, это действительно очень хороший пример, который я часто рассказываю студентам в университете. Надо сказать, Беньямин очень умно распорядился своим наследием, распределив рукописи между издательствами и тем самым сохранив его целостность. Внимание к творчеству Вальтера Беньямина росло вместе с развитием цифровизации, он особенно интересен тем людям, которые пишут о механизмах репродуцирования информации. И должно было пройти достаточно много времени для того, чтобы выросло поколение ученых, философов, которое посвятило бы себя исследованию его творчества, смогло перевести его мысли на свой язык. Например, только в 2008–2009 гг., то есть за два года до срока истечения авторского права, мы впервые издали Вальтера Беньямина на польском языке, опубликовали в Корее и Бразилии. Мы, конечно же, готовились к сроку истечения авторских прав. Да, действительно, немецкие издательства живут «в соответствии» со списками, внимательно смотрят, когда же закончится срок действия авторского права, но надо понимать, что изданием Беньямина мы занимаемся уже несколько десятков лет, наработали определённый опыт, поэтому не боимся, что на рынок выйдет сразу много изданий Вальтера Беньямина. Хороший пример с Кафкой. Издательство S. Fischer владело правами на Кафку. И они до сих пор печатают его. И почти только они. Да, были попытки у других издательств, даже мы пытались, но у нас выходит плохо. А у них хорошо, потому что Кафку они издают уже 70 лет.

Светлана Зорина: В России совершенно другие условия и нет таких долгосрочных договоров с авторами на 5070 лет. Но, даже заключая договор на 57 лет, мы понимаем, что необходимо вкладывать достаточно ресурсов в продвижение автора и книги. Какие акценты делает сейчас «Ад Маргинем» в своей маркетинговой политике?

Александр Иванов: Мы начали работать с «Зуркампом» в 1990-е годы, когда издали «Московский дневник» Вальтера Беньямина. Затем у нас был тяжелый (в смысле перевода), но очень интересный проект издания избранных произведений Пауля Целана. Понятно, что речь идет о книгах, которые не являются принадлежностью масс-маркета, поэтому работа с ними строилась в нашем издательстве с учетом той ауры, которая окружает эти книги в Германии. Большую помощь в данном случае нам оказало дополнительное общение с издательством «Зуркамп», позволив глубже понять контекст, в котором эти книги возникли, понять аудиторию, для которой они создавались, осознать те невидимые связи, которые существуют между издателем, автором и читателем книг, которому не надо объяснять дополнительно многие вещи. В случае издания Беньямина мы едва ли не первые повторили этот подход в нашей стране. Мы связались с частным коллекционером фотографий и использовали в русском издании довольно редкие фотографии именно 1926–27 годов, когда Беньямин был в Москве. И я помню, что, издав первую книгу, мы собрали маленькую конференцию, пригласив на неё людей из разных стран, которые так или иначе исследуют, читают, думают о Беньямине. И сделали экскурсию под названием «Беньяминовская Москва», проехав по центру города и увидев с какой-то неожиданной стороны привычные здания, места, а закончили всё это ужином в ресторане «Петрович», дико модном в конце 1990-х. И все оказались довольны, потому что дух Москвы был воспроизведен.

Что касается Пауля Целана, то я благодарен Петре за то, что она была очень комплиментарна в отношении нашего издания. И мне кажется, что этот том действительно удался. В него, кроме стихов, включена великолепная проза Целана, переписка… потрясающая филологическая работа. Этот том мы переиздавали, по-моему, три раза небольшим тиражом, но он вошел в золотой фонд нашего издательства и в постоянный круг чтения тех людей, мнением которых мы дорожим.

У нас были и другие проекты с «Зуркампом», они продолжаются, мы будем довольно много книг издавать в следующем году. Например, мы выпустим великолепный том эссеистики 1920–30-х годов Зигфрида Кракауэра (Siegfried Kracauer). Надеюсь, закончим многострадальный перевод Minima Moralia Теодора Адорно (Theodor W. Adorno). Татьяна Зборовская, которая «лечит» доставшийся нам невероятно трудноизлечимый перевод, надеюсь, закончит эту терапию ближе к началу 2019 года.

Я благодарен Петре за то, что с помощью именно персонального общения с ней и ее коллегами на встречах, которые устраивает издательство каждую Франкфуртскую ярмарку в старом особняке владельца «Зуркампа», мы познакомились с невероятным количеством очень интересных издателей из разных стран: из Норвегии, Швеции, Голландии, из Южной Америки, Юго-Восточной Азии. Это замечательное место, где побывали практически все нобелевские лауреаты XX века, где хранятся их фотографии, автографы, книги, которые были изданы в издательстве «Зуркамп». Мне интересны перемены, которые сейчас происходят с издательством. И я считаю, что «Зуркамп» даже в этих переменах в каком-то смысле остаётся самим собой.

Петра Хардт: Мне очень понравилось, что Александр сейчас практически говорил словами Зигфрида Унзельда, словами Гастона Галлимара и, отвечая на вопрос про маркетинг, ни единого раза не упомянул слов «реклама», «постер», «промоутер». Он говорил о творчестве. Мне кажется, в этом заключается ключ к пониманию профессии литературных издательств, когда люди собираются вместе с целью продвижения творчества во всем мире. Рекламу всегда можно дать, постер всегда можно нарисовать, но наша цель – распространять творчество. И маркетинг в этом смысле заключается в том, чтобы никого не исключать. В любой стране есть свои культурные центры – и в Бейруте, и в Лаосе, и в Париже, где угодно. Обращаюсь к каждому, особенно к молодым коллегам: принимайте участие в различных выставках, говорите с людьми. И я вас уверяю, все хотят приехать в Москву, потому что это интересно, это большой русский город! Пригласите сюда авторов из разных стран и сделайте что-то вместе с ними. И таким образом вы уже найдете партнеров для издания российской литературы.

Диалоги 2019-02


Партнер рубрики:

Библиотека им. Некрасова

© Опубликовано в журнале «Книжная индустрия», № 6 (158), сентябрь, 2018



Еще новости / Назад к новостям