Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

18.11.2019

Эльфия Дорофеева: «Никогда деньги не заставят меня сделать то, что я считаю неправильным…»

Эльфия Дорофеева, генеральный директор издательства «Мозаика-Синтез»

Невероятно целеустремленный, волевой и системный человек, Эльфия Дорофеева  еще в детстве была уверена, что многого достигнет. Всегда ставила перед собой амбициозные задачи и всегда, несмотря на сложности, дефолты и экономические кризисы, достигала своего. И сегодня редакция журнала с большим удовольствием поздравляет издательство «Мозаика-Синтез» с 30-летним юбилеем! Мы вспоминаем, с чего все начиналось, как создавались проекты, ставшие визитной карточкой издательства, обсуждаем, как работать с персоналом и добиваться результата. 

Мечты о великом

– Эльфия, расскажите, пожалуйста, о вашем детстве. Кем вы мечтали стать? Что особенно повлияло на формирование вашего характера? 

– У меня было очень советское детство. Наше поколение думало о счастье во всем мире, мы любили весь мир и ставили перед собой глобальные задачи. Я не мыслила себя в рамках какого-то проекта или идеи и была уверена, что очень многого достигну, и сразу ставила перед собой большие цели. Например, в первом-втором классе мне хотелось стать космонавтом, как и всем, у кого детство пришлось на эпоху Юрия Гагарина. Мы мечтали о великом, хотели сделать что-то очень хорошее. Для нас общественное всегда было важнее личного, мы не думали о материальном благе, считали его неправильным, неважным. И я считаю такой подход к образованию и воспитанию колоссальным преимуществом советского времени. Эти установки сквозной нитью с детства и до сегодняшнего дня руководят моими поступками, по-прежнему личное отходит на второй план

– Детские мечты повлияли на выбор вуза? 

– Захотела стать космонавтом, но  мама сказала: «Космонавты сейчас просто так не  летают, космонавты – это исследователи, а чтобы исследовать, нужно иметь очень хорошее образование». Моя мама всегда меня поддерживала, хотя я была очень самостоятельной, училась хорошо и сама все решала, по  крайней мере, мне так казалось. Например, в возрасте 9–10 лет я  решила, что буду жить и работать в Москве, и даже не сомневалась, просто ставила родных перед фактом. Было понятно, что я закончу институт, аспирантуру, напишу кандидатскую и докторскую диссертации. Для меня это был такой очевидный путь, который не обсуждался, но к которому я стремилась.

эльфия-3.jpg

– И вы отправились покорять Москву… 

– Еще в школе я участвовала в  олимпиадах, и  на одну из  них к  нам в  Уфу приехали из  Москвы отбирать ребят в  спецшколу-интернат при  МГУ. Я  сдала экзамен настолько хорошо, что меня сразу зачислили в ФМШ. Так что я попала в Москву даже раньше, чем планировала. Отучилась в  школе два года, а  затем «чисто на  эмоциях» пошла в Физтех, хотя мне хотелось на мехмат МГУ. Впрочем, в то время Физтех был намного круче, там было больше перспектив, и, что почти нереально для иногородних, по окончании вуза меня распределили в Москву, дали жилье. Я пошла работать по специальности в НПО «Молния», где строили самолет-ракету «Буран», которая должна была многократно летать в  космос. Но, честно говоря, к  окончанию Физтеха мне уже не  хотелось работать в  технике. Мы же в молодости все были диссидентами, и, естественно, тот факт, что в НПО «Молния» мы вроде как вооружением занимаемся, казался мне неправильным, ведь надо работать «на счастье человечества». И я в первый же год работы пришла на психфак МГУ просто послушать лекции… 

– Это помогло вам в дальнейшем в профессии? 

– Не совсем – это был поиск. Я начала работать, пошла в заочную аспирантуру. У меня родился первый ребенок, что просто перевернуло мои мозги: проснулся интерес к педагогике. Ведь у меня мама закончила педвуз, и папа всю жизнь был преподавателем. Так что к рождению ребенка я была уже очень подкована с педагогической точки зрения. В 1989 году, уже после рождения второго ребенка, мы получили квартиру в МЖК после трех лет бесплатной работы на  субботниках по 12 часов. И самым главным здесь были даже не  квартиры, а  именно молодежный комплекс, все жители которого  – молодые семейные пары. Так что, переехав, мы сразу стали заниматься детской программой МЖК. 

– Именно здесь вы организовали свой первый детский сад? 

– Мы создали очень успешную детскую студию при  МЖК, которая просуществовала почти три года. В студии ежегодно занималось 12 групп по  10  детей (помещение больше вместить не  могло). Это была хорошая школа для меня, я  сама и  организовывала, и  преподавала один из  курсов. Именно тогда я  перезнакомилась со  всеми ведущими учеными дошкольного образования. Это был период перестройки, бурление в  среде педагогов было колоссальным. К  нам приезжали из  Швеции, Америки, Англии, наши педагоги стали выезжать по обмену. Это был как глоток воздуха, и мы думали, что все будет прекрасно. После студии создали частный детский сад, школу, но  я уже понимала, что для качественного образования нужны деньги, а деньги с людей мы брать не можем, потому что в Советском союзе для детей все было бесплатным. Частный детский сад, студия – это подвижничество, которому можно, конечно, себя посвятить, но мне хотелось все-таки заниматься бизнесом. На стыке бизнеса и образования и находится образовательное издательство – так я  и очутилась в  книгоиздании. Нельзя сказать, что это какой-то сверхуспешный бизнес, сверхприбыль, особенно в то время. Но в 1990 году мы выпустили свой первый журнал «Семь гномов». Это был наш первый издательский опыт.

эльфия-2.jpg

На стыке бизнеса и образования

– Откуда появилось название «Семь гномов»? 

– Я люблю, когда все структурировано и  систематизировано. И, создавая образовательный журнал, мы его содержание разбили на разделы: один был посвящен здоровью, другой – математике и  т. д. Получилось семь разделов. А как обыграть цифру 7? Решили сделать «Семь гномов», и каждый гном возглавлял свой раздел. Кстати, у них были имена «Крепыш», «Умейка»… 

– И из журнала гномы переросли в большой проект «Школа семи гномов»? 

– Это просто мое стремление к систематизации всего. У  меня ведь не  было желания создать в дошкольном образовании что-то новое. Хотелось дать детям лучшее, т. е. обобщить большое количество инноваций, технологий, образовательных программ, систематизировать и выдать оптимальный вариант. Собственно, это я и сейчас делаю. 

– А  название «Мозаика-Синтез» когда и как появилось? 

– Еще во  время работы детской студии мы решили, что нам нужно юрлицо. Но  так как мы уже мыслили масштабно, то думали, что у нас будет много всего: студия, потом издательство, производство, а когда много всего – это мозаика, которая складывается в единую картину, а значит – в синтез. В то время у нас совсем не было денег… Сидели и думали, что если бы Бог послал сейчас 1000 долларов, мы бы вообще развернулись не знаю как.

эльфия-4.jpg

– И Бог послал 1000 долларов? 

– Нет. Мы издали три номера журнала. Первый тираж (50 тыс.) за две недели разлетелся. Также быстро распространили второй. Но третий номер мы издали в 1993 году, как раз во  время деноминации, система распространения не  работала, и  последние 60 тыс. зависли на  складе. Мы потом много лет его остатки со склада на склад перевозили. В 1996 году в арсенале издательства было 10 книг, 4 из которых находились в печати, но мы считали себя издателями и решили поехать во Франкфурт. 

– Какие книжки повезли? 

– Мы ехали просто чтобы посмотреть. 1996 год, мы приехали во Франкфурт, и стало понятно, что все уже сделано до нас, у них есть звучащие, стучащие и картонные книжки, а мы лезем со своим офсетом на обложке. Здесь, в Европе, даже каталоги красочные, на мелованной бумаге раздают бесплатно. Но шок прошел и пришло понимание того, что есть куда расти. Я даже первые свои переговоры провела – наглости же не  занимать! Книжка понравилась, и  я предложила: «Давайте издадим ее на  русском языке». В  ответ: «30% предоплаты». Я говорю: «Нет. Если вы хотите, чтобы она была издана на русском языке, то мы это сделаем, переведем, но какая предоплата? О чем речь?» 

– И они согласились? 

– Они – нет. Другие согласились. Но когда мы вернулись из Франкфурта, нас ждал «сюрприз»: типография попыталась, грубо говоря, своровать нашу бумагу, оформив ее как бракованную. Мы долго  разбирались, тиражи нам не отдавали год… Тяжело было, но к 1998 году «все встало на рельсы». Мы набрали валютных кредитов и  напечатали много книг к  сентябрьской книжной выставке 1998 года, а тут… Помню, как на ММКВЯ мы цены меняли несколько раз в день. Это был шок, а когда он прошел, стало понятно, что даже если мы все продадим, долги не закроем.

эльфия1.jpg

– Как вы вышли из этой, казалось бы, безвыходной ситуации?

– Многие были в  такой же ситуации. Я  услышала где-то слово «реструктуризация», понятия не  имея, что это, но  пошла ко  всем, у  кого занимала, и  сказала: «Будем реструктуризировать долг». В  общем, со  всеми договорилась. Слава богу, мне доверяли, понимали, что я, по крайней мере, не  обману. Мы с  мужем решили продать издательство и  уйти импринтом, но, честно говоря, очень этого не  хотелось и  в итоге, благодаря счастливому случаю, не  получилось. Фактически после 10 лет работы мы вновь оказались на  старте, более того, начали с  больших минусов, но уже накопили опыт. К 2000 году мы вышли в ноль. В 2003 году наша компания оставалась маленькой, сотрудников мало, дизайнеров нет. Но именно в этот год мы стали делать наших «Гномов». Так как это был уже созревший проект, то мы в  течение 2004 года выпустили сразу 84 книги, каждый месяц по  7 книг, реализуя по  подписке через Роспечать. Это был такой сумасшедший марафон без выходных. Схема, конечно, была готова, но придумать интересные задания, написать тексты было очень непросто. 

– Вы сами в этом участвовали? 

– Это абсолютно наш проект, наша идея, но реализовать ее нам, конечно, помогло сотрудничество с ведущими учеными. Ну и конечно, мы варились во всей этой каше проблем профессиональных педагогов, в их поисках нового. Просто нужно было все систематизировать и найти нужных людей. Последнего «Гнома» мы выпустили в 2005 году, а к концу 2020 года, в 15-летний юбилей проекта, планируем завершить его полный ребрендинг. 

– Но  помимо этого проекта были и  другие, например, в 2004 году вы сделали свою первую программу «От рождения до школы». 

– Не  совсем так. В  советское время была программа «Воспитание и  обучение в  детском саду» под редакцией А. В. Запорожца. По  ней занималась вся страна. Но  когда началась перестройка, ее не переиздали, сочтя идеологически перегруженной и несовременной. В 2004 году авторы той программы собрались уже расширенным коллективом и  переработали советское издание для современных реалий, оставив прежнее название «Воспитание и  обучение в  детском саду». Программу напечатали в  журнале «Дошкольное воспитание», и  авторы обратились в  издательство «Просвещение» с  целью выпуска программы отдельным изданием. Но там им отказали, объяснив, что это прошлый век и никому это старье не нужно. В результате авторы пришли ко  мне, и  в 2004 году мы издали первый тираж. Благодаря Тамаре Семеновне Комаровой, руководителю авторского коллектива, мы полный учебно-методический комплект программы сделали достаточно быстро. И  сейчас доля программы на  рынке ДОУ составляет 78%. В  2009 году мы переработали программу под ФГТ (Федеральные государственные требования) и переименовали ее, дав название «От рождения до школы». Когда мы издали уже переименованную программу, ее 1-й тираж (10 тыс.) разошелся за неделю. В августе этого года мы издали инновационный вариант, его первые три тиража ушли за полтора месяца. Сейчас получаем 4-й тираж, и он тоже разлетится очень быстро. Для специальной литературы это потрясающая скорость. Наша программа акцентирует внимание на  личностных характеристиках и  интеллектуальном развитии ребенка, но при этом развивает инициативу, самостоятельность, креативность, умение отстаивать свое мнение. Она дает комплексное развитие, сохранив все лучшее из дошкольного образования советского времени.

– Сколько сейчас у вас издательских проектов? 

– В активном производстве около 1000 наименований. Мы стараемся делать лонгселлеры, чаще переиздавать. Например, свою первую книгу до сих пор издаем. Но, конечно, у нас ежегодно выходит более 200 новинок. Не  так давно мы начали работать с двумя лицензиями – «Малышариками» и «Тремя котами». Обе оказались очень успешными. 

– В  каком соотношении в  каталоге «Мозаики» находятся собственные и лицензионные проекты? 

– Доля зарубежных лицензионных проектов составляет около 15%, и  мы не  планируем ее увеличивать, останемся в  пределах 20%. Мы не  копируем чужие проекты, это не  наш путь. Если мы видим какой-то действительно очень хороший проект, то всегда покупаем лицензию, а если очень нравится только художник, то мы можем купить книгу, но полностью переписать текст, потому что западные образовательные тексты зачастую вызывают вопросы.

 – В этом году вы объявили о создании в рамках «Мозаики-Синтез» нового издательства «Мозаика kids». Почему такое решение? 

– Идея возникла давно, но мы никак не могли решиться. Изначально мы считали, что нет никакого смысла продвигать издательство как бренд, ну кто его запомнит? И сейчас мы как бы сидим на двух стульях: у нас книги для детей и их родителей и для детских садов. Это разные аудитории, разные системы продвижения, разное оформление, разная стилистика. Воспитатели достаточно консервативны, а для родителей мы можем делать более креативные вещи. В итоге мы все-таки разделили всю имеющуюся номенклатуру по целевой аудитории на две группы. Все, что для детей и домашнего образования, – это «Мозаика kids», а  для детских садов осталась «Мозаика-Синтез», потому что это название хорошо знакомо воспитателям ДОУ. И это стало просто колоссальным прорывом, который, уверена, даст и  финансовый результат. Ведь у  нас изначально работало две редакции, т. е. фактически два разных издательства, а теперь стало значительно проще и с точки зрения маркетинга, потому что мы более правильно позиционируем себя, правильно распределяем силы и продвигаем свою продукцию.

эльфия-6.jpg

«От имени многотысячной армии воспитателей» 

– Помимо издательской деятельности, вы проводите масштабные всероссийские и  международные конференции. Как так получилось? 

– Во  многом спонтанно. Когда Министерство образования приказало всем ДОУ с 1 сентября заниматься только по  программам, соответствующим федеральным государственным требованиям, никто кроме нас печатный вариант такой программы не выпустил. Мы были первыми, тираж разлетелся просто мгновенно. Но  ситуация была ненормальная, от воспитателей требовали то, что они не  могут сделать. И  тогда мы собрали свою первую конференцию в  Доме учителя, пришло больше 200 воспитателей, а  итогом стала резолюция с  требованием отложить введение ФГТ на год. И  хотя из  федеральных чиновников официально никто не  присутствовал, наша резолюция была переработана в  официальное письмо Минобрнауки. После этого стало ясно, что конференция – это в определенной степени инструмент влияния. Поэтому мы решили провести еще одну конференцию уже в Нижнем Новгороде, объявили, пригласили, и, несмотря на то, что нас в очередной раз проигнорировало Министерство и СМИ, пришло очень много народа, все залы были битком набиты. И тогда стало понятно, что ситуация в  дошкольном образовании меняется. Позднее на состоявшуюся в Москве первую Всемирную конференцию дошкольного образования уже пригласили два издательства: «Просвещение» и  «Мозаику-Синтез». Мы воспользовались резолюцией и  на следующий год уже самостоятельно, как бы в  продолжение этой всемирной конференции, провели Международную конференцию с тем же названием. ЮНЕСКО нас поддержало, пришло 200 человек, присутствовало 12 зарубежных гостей.

– И теперь это ваш глобальный проект… 

– Да. И если первые две конференции были бесплатными, то теперь мы ввели плату за участие. Ведь массовый приезд иностранных ученых бесплатно мы обеспечить не  можем, а  нам бы хотелось превратить конференцию в  реальную площадку обмена мнениями специалистов из разных стран, поднять ее престиж. И хотя Министерство образования нас не очень активно поддерживает, но письма в нашу поддержку они пишут, за что им большое спасибо. Сейчас у нас на конференции представлены 42 страны и все регионы России. Это очень известное и масштабное мероприятие, где считается за честь быть ключевым спикером или просто выступить с докладом. В этом году мы будем проводить уже 10-ю конференцию, надеемся, что приедет генеральный секретарь ЮНЕСКО. В 2018 году мы сделали еще одно мероприятие – Всероссийский форум работников дошкольного образования в  «Крокус Сити Холле» (6000 участников одновременно), на котором приняли «Манифест воспитателей России». По итогам моего выступления на  этом форуме сейчас готовлю послание президенту. Оно достаточно острое получилось, но мы его отправим сразу и президенту, и в правительство, в Совет Федерации, и в Госдуму, Общественную палату, федеральные СМИ и в профильные ассоциации, послание «от имени многотысячной армии воспитателей по поручению форума «Ориентиры детства», с  участием 6 тыс. человек, где мы обращаемся к президенту...» 

– Издательство, образовательные проекты, конференции. Как вы все успеваете? 

– У нас вся семья в этом участвует. Мы с мужем с самого начала вместе. Сын – коммерческий директор, его жена преподает в  нашей Международной педагогической академии, и она же автор некоторых курсов. Дочь – директор издательства «Мозаика kids», а внуки – главные эксперты по детским книгам. 

– Каковы самые важные, ключевые качества,  которые позволяют вам быть успешным руководителем?

– Я как руководитель не успешна в том плане, что есть люди, которым нравится руководить, а  мне это очень не  нравится. Есть люди, которым нравится выступать, а  мне это не  нравится, просто как-то так складывается, что я  принимаю решения. Мне нравится писать книги, нравится анализировать. Долгое время, пока наше издательство оставалось маленьким, сама закрывала балансы и  отчетность. И  хотя у  нас теперь отличный бухгалтерский отдел, анализировать цифры мне по-прежнему нравится. Принимая нового сотрудника на работу, я всегда говорю, что самое главное мое требование – умение работать самостоятельно, не ждать заданий или указаний, а самому найти себе работу и ее выполнить. Хотя, конечно, такая позиция не совсем правильная, надо все-таки руководить коллективом. Но мне нужны люди, которые работают не потому, что у них есть начальник, который проконтролирует, а  потому что им это нравится и  они это делают с максимальной отдачей. 

эльфия-5.jpg

– Как вы их мотивируете? 

– Использую принципы из  дошкольного воспитания, в  нашей «Программе» есть понятие «пространство детской реализации». Что это такое? Это умение заметить детскую инициативу, помочь ее реализовать, осознать ее значимость, помочь ее предъявить, чтобы друзья, родители увидели, что ребенок сделал, и чтобы они оценили, насколько его труд для всех полезен. Думаю, аналогичное пространство реализации нужно и взрослому. Сотруднику нужно дать возможность проявить инициативу, заметить и оценить ее и чтобы всем было видно, что человек сделал что-то очень хорошо. Развивать инициативу – самое главное. Человек должен принимать решение самостоятельно, и только в той ситуации, когда у него возникли сомнения, он идет советоваться. Сомневаешься в решении – приходи, обсудим. Но  все основные решения надо принимать на своем месте. 

– Выбор новых проектов происходит коллективно? Как идет обсуждение?

– Самое простое – это работа в  издательстве, потому что здесь очень сплоченный коллектив. У  нас есть специальная такая этажерка, где мы ставим новые проекты, новые обложки, и  любой может зайти высказать свое мнение. Сейчас мы очень быстро приходим к  консенсусу. Но  помню, когда мы только начинали, то с  одной обложкой могли поубивать друг друга. Вот не  нравится обложка и  все! Пытались переделать, много спорили. Сейчас есть единство во  мнениях. И  эта сплоченность – колоссальный прорыв, чему немало способствует участие в  международных выставках. Когда твоя книжка стоит в  ряду проектов ведущих мировых издательств, то сразу видишь свои огрехи или достоинства. Наши редакторы и художники приезжают с выставок с огромным запасом идей.  

Личного счастья мне не достаточно. Надо, чтобы люди вокруг были счастливы.

– В сутках всего 24 часа, а вы так много всего успеваете и практически без выходных… 

– Такое ощущение, что ничего не успеваю... 

– Но все же остается время на отдых, на какие-то развлечения. В свободное время чем занимаетесь? 

– Сейчас внуками. Мы с мужем познакомились в альпинистском лагере, катались на горных лыжах. И когда старшему внуку исполнилось три года, я сказала мужу: «Надо ставить ребенка на лыжи». С тех пор мы ежегодно ездим зимой покататься на горных лыжах и сами встали на лыжи и теперь уже второго внука учим. А так, больше всего нравится путешествовать. Хотя обычно путешествия связаны с выставками, но добавляем недельку и смотрим страну. 

эльфия-7.jpg

– Есть любимые места?

 – Очень полюбили Италию. Даже была мысль купить там домик, но сейчас совсем не хочется. Я никогда не думала, что мне столько наслаждения доставит прибывание на даче. Она у нас, с одной стороны, простенькая, с другой – замысловатая, там много разных строений, растений, для детей всякие домики. Дача, когда детей там нет, это лучшее место для работы, а когда дети – на даче отдыхаешь. Очень люблю историю, особенно историю России и историю татар. У меня мечта – сделать хорошую историческую книгу для дошкольников. Вот ребрендинг «Школы семи гномов» завершим и обязательно этим займусь.

– Вы чувствуете себя счастливым человеком? 

– Такой сложный философский вопрос… Как-то даже не задумывалась... 

– Издательство успешное, сеть книжных магазинов своя, коллектив сплоченный, семья, дети, внуки… 

– Да, это все здорово, но… У меня муж с Украины, у него родители в  Донецке. И  то, что происходит сейчас с дошкольным образованием, его разрушение, – обо всем этом я  не могу не  переживать. Душа болит. И  если в  советское время у нас впереди было, по крайней мере, светлое будущее, то сейчас непонятно, в  каком мире дети будут жить. Мне по-прежнему трудно отделить личное от общественного. Личного счастья мне не достаточно. Надо, чтобы люди вокруг были счастливы Да, в личной жизни, конечно, у нас все хорошо. Но этого как-то маловато будет. Надо, чтобы везде было хорошо. Больше всего не люблю безразличие. Добиваться результата в любой ситуации я считаю очень важным качеством независимо ни от чего. Мне думается, что любое препятствие нужно использовать как ступеньку для движения вверх. Из любой ситуации есть выход, самое главное – это как раз «что Бог не делает – все к лучшему», и любая проблема в конце концов будет решена. И это не  просто слова, которые надо повторять, чтобы приободрить себя. Я действительно уверена, что все смогу решить. 

– История издательства тому подтверждение. 

– У  нас есть значительно более успешные с  точки зрения бизнеса издательства, тот же «Росмэн», «Эксмо», «АСТ». Другое дело, что никогда для меня деньги не были главной целью. Бизнес – это исключительно возможность, а деньги – инструмент для того, чтобы делать то, что тебе хочется. Мы никогда не  будем издавать такую книгу, которая принесет сумасшедшие прибыли, но будет казаться, что она не соответствует нашим моральным принципам. Это 100%. Никогда меня деньги не заставят сделать то, что я считаю неправильным. Я считаю, что мы живем один раз, другой жизни не будет, поэтому неправильно делать то, что тебе не хочется или не нравится. Не надо работать через силу. Ищи, что тебе по душе, ты должен делать, что нравится и что людям нужно. 

– И получается такой социально ответственный бизнес. 

– У нас очень социально ответственный бизнес. Это так и есть. И не потому, что это модно и современно, а просто такие вот мы из советского прошлого пришли и тут живем.


Беседовала Светлана Зорина

© Опубликовано в журнале «Книжная индустрия», №8, ноябрь-декабрь, 2019



Еще новости / Назад к новостям