Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

«Будущее нельзя предугадать, но к нему надо быть готовым»

«Будущее нельзя предугадать, но к нему надо быть готовым»
11.01.2013
Джордж Лоссиус, генеральный директор компании Publishing Technology, поделился с «КИ» своим видением развития издательской индустрии, объяснил, почему Китай оказывается более предпочтительным партнером, чем Россия, и что нужно сделать издателям сегодня, чтобы подготовиться к завтра.

Джордж Лоссиус, генеральный директор компании Publishing Technology. Publishing Technology – мировой провайдер IT-решений для издательской отрасли, включая такие, как управление редакционно-издательским процессом, дистрибуция контента и читательские платформы. Услугами компании пользуются около 80 % крупнейших книгоиздателей мира.

– Уже десятилетие мы живем в цифровой эпохе. Кого бы Вы назвали главными героями прошедшей декады?

– У этой истории много главных действующих лиц, довольно трудно выделить кого‑то одного. Конечно, первыми приходят на ум Джефф Безос, основатель ритейлерового гиганта Amazon, и Стив Джобс, предложивший новую идеологию упаковки и распространения контента. Но в этом ряду и много безымянных героев: IT-разработчиков, создателей мобильных сетей, конверторных сервисов и технологических стандартов.

– С каждым днем на цифровом поле появля- ются всё новые стартапы. Издателям подчас до- вольно сложно выбрать среди множества пред- ложений то, которое поможет преуспеть завтра.

– Бессмысленно прогнозировать будущее. Нам не суждено предугадать того, что произойдет через 5–10 лет, но крайне важно уже сейчас быть готовым к возможным переменам. Мне представляется, что отрасль будет развиваться в сторону стандартизации и оптимизации внутрииздательских процессов, процессов обмена данными между ключевыми игроками индустрии – производителями и дистрибуторами контента, авторами, читателями. Но, конечно, я смотрю на происходящие процессы с точки зрения технологической компании. Современные софтверные решения, в том числе и те, которые предлагаем мы, поддерживают процессы производства и распространения цифровых и бумажных книг, облегчают ведение договорной базы и финансовой документации, начисление роялти, контроль продаж и могут включать другие функциональные модули.

– Перестройка издательских процессов и их интеграция с системами автоматизации бизнеса, в особенности если эти системы разрабатываются индивидуально под заказчика, – довольно сложное и дорогостоящее мероприятие.

– Действительно, внедрение новых технологий внутри издательства предполагает реструктуризацию и инвестиции. Это по плечу крупным компаниям, но даже они предпочитают стандартизованные решения. Например, HarperCollins специально попросил нас ничего не менять в нашем стандартном продукте.

Средние издательства, подобно Farber&Farber, также могут себе позволить модифицировать систему управления, только набор модулей будет иной. Что касается небольших издательств, то им придется полагаться на творческую энергию креативных людей, которые сделают адаптацию к цифровым вызовам возможной. Впрочем, так было всегда: маленькие компании всегда существовали за счет мотивации и креатива индивидуальностей.

– Какая бизнес-модель доставки электронных книг конечному покупателю, на Ваш взгляд, наиболее значима сегодня?

– Тренд, который будет усиливаться, – лицензирование контента. Такие модели уже работают между издателями и библиотеками; не исключено, что они распространятся и на отношения между издателями и ритейлом. Выглядеть это будет примерно так: НarperCollins отдает свою электронную коллекцию Barnes&Noble на условиях лицензирования, а магазин платит за лицензию в зависимости от того, какие книги читаются и с какой интенсивностью.

– Вы считаете, что для библиотек эта модель работы с электронными книгами пред- почтительнее, чем формирование фонда по запросу читателей (patron driven acquisition), множественный доступ к одному файлу или модель «один файл – один читатель»?

– Все эти альтернативные модели имеют право на существование, но я не думаю, что, например, модель формирования фондов по запросу будет превалировать. В конце концов, при этой системе библиотеки теряют свою роль активного субъекта, формирующего библиотечные фонды.

– Вы затронули вопрос стандартизации. В какую сторону она будет развиваться?

– Мне представляется, что стандартизация пойдет в сторону открытых коммуникаций. Я говорю не о бесплатном общедоступном контенте. Я говорю об открытых стандартах, об образовании открытой экосистемы, когда продукт, созданный издателями, будет конвертироваться в каналах дистрибуции и распространяться в разных форматах, будь то Kindle, мобильный телефон или специализированный ридер.

Академические издательства гораздо серьезнее продвинулись по пути создания собственных платформ, в то время как издательства общего профиля скорее склонны ориентироваться на больших игроков, таких как Amazon или Apple, потому что они задают направление движения, хотя это направление и не всегда имеет смысл. Цифровой мир открыт по определению, и закрытые системы, подобные созданной Amazon’ом, едва ли продержатся еще сколь‑нибудь существенное время. Или вот другой пример: в последнюю пару лет издатели стали массово создавать приложения для iPhone, в то время как 60 % смартфонов работают на базе Android. Впрочем, следует признать, что смартфоны становятся для издателей всё более интересным устройством, хотя специализированный ридер продолжит доминировать в течение некоторого времени.

– А что Вы думаете о попытках стандартизации закона об авторском праве, внедрения единых принципов, отражающих цифровую реальность, в разных странах мира?

– Законодатели действительно озабочены переменами, происходящими в сферах производства и потребления продуктов интеллектуальной деятельности, и ростом числа нарушений прав правообладателей. Пока, как мы видим, во многих странах законы об авторском праве меняются в сторону ужесточения. Есть отдельные попытки стандартизировать законодательство, в частности, такая инициатива была выдвинута в ЕС. Но я не думаю, что она будет успешна. Скорее процесс пойдет по пути создания правовых центров, таких как Copyright Hub в Великобритании или Linked Content Coalition (LCC) в Европейском Союзе. Такие центры будут способствовать быстрому поиску правообладателей, управлению правами, получению информации о доступных лицензиях. Что ка- сается закона, то вряд ли его удастся сделать единообразным во всем мире.

– Офисы Вашей компании открыты в странах БРИК, за исключением России. Россия, большие возможности которой все западные вендоры безоговорочно признают, тем не менее не попадает в поле их практических интересов.

– Действительно, Publishing Technology имеет офисы в Бразилии, Индии и Китае. И как раз такой же вопрос «Почему не в России?» мне был задан недавно представителем Вашей страны. На то есть несколько причин. В Индии мы открыли офис, потому что это большой рынок для англоязычной литературы и здесь мы представляем интересы многих англоязычных издательств. Бразилия представляется потенциально интересным рынком прежде всего для распространения учебной и научной литературы, потребителями которой по преимуществу являются государственные и частные компании. Мы пришли в Бразилию, потому что увидели возможность создать канал для продвижения англоязычных книг в эту страну.

Китай – это совсем другая история. Здесь мы планировали создать софтверную компанию по разработке технологических решений для местных издателей. Несколько лет мы присматривались к рынку, но не решались на активные действия без местного партнера, знающего законодательство, традиции, обычаи, специфику ведения бизнеса и, конечно, язык. И удивительным образом такой партнер нашелся. Все действительно произошло случайно: я получил электронное письмо, мы встретились, и через 2 месяца офис компании был открыт. В этом отношении ситуация с Россией похожа: мы начнем здесь работать, только если найдем партнера, с которым сможем образовать совместное пред- приятие. Но есть и два принципиальных различия: издательский рынок Китая много больше российского. А самое главное, правительство Китая активно инвестирует в издательский бизнес, и в результате объем свободных средств в этом секторе превышает операционные доходы компаний. Я не уверен, что подобное справедливо для России.

– Занимая высокие управленческие позиции, Вы работали в разных странах. Как Вам кажется, привычки чтения, а соответственно и выбор литературы, различаются от страны к стране? И обусловлены ли они культурными особенностями, или вместе с глобализацией придет и унификация читательских пристрастий, как это случилось с фильмами «Фабрики грез»?

– Безусловно, то, что и как люди читают, меняется от страны к стране. Простой пример: норвежец не может обойтись без ежедневной газеты; в Великобритании вы часто увидите в транспорте людей, просматривающих периодику; а во Франции эта цифра едва ли достигает 20 %. Мировой взлет скандинавского детектива объясняется не в последнюю очередь популярностью этого жанра в Швеции и Норвегии, во Франции сильна классическая литературная традиция, а Россия известна (не знаю, справедливо ли это для нашего времени) серьезной мировоззренческой прозой. Между тем мир, конечно, глобализуется, последние сорок лет активно идут процессы унификации и всё больше книг попадает в международные чарты. Последний пример – «50 оттенков серого» – побил уже рекорды популярности не только в англоязычном мире, но и во Франции. Электронные книги помогают распространению информации, но и, даже больше чем собственно электронные книги, электронные медиа в целом способствуют вирусному маркетингу и появлению мировых бестселлеров. Я думаю, что количество мировых бестселлеров будет расти, но при этом культурные различия всё же сохранятся – и в этом залог многообразия.


Зарегистрируйтесь, чтобы оставить свой комментарий