Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

09.10.2018

Писатель как профессия мечты, или Как сделать Россию родиной лучших мировых авторов?

Гузель Яхина
автор бестселлеров «Зулейха открывает глаза» и «Дети мои»

Евгений Капьев
генеральный директор издательства «Эксмо»

Настоящей головоломкой для многих начинающих авторов является поиск того самого издательства, которое способно его книгу опубликовать и «продвинуть». Со своей стороны, издательства тоже заинтересованы в открытии новых имен. В помощь и тем и другим «Книжная Индустрия» провела на площадке Московской международной книжной выставки-ярмарки «Книги в городе» дискуссию, позволяющую получить ответы на давно назревшие вопросы. 

Чтобы осветить их с каждой из сторон, были приглашены Евгений Капьев, генеральный директор издательства «Эксмо», и Гузель Яхина, автор бестселлеров «Зулейха открывает глаза» и «Дети мои». Рубрику ведет Светлана Зорина, главный редактор журнала «Книжная Индустрия».

Как найти и открыть талантливого автора?

– Евгений, давайте начнем со статистики. Насколько вели­ка доля современных российских авторов в каталоге круп­нейшего издательского холдинга «Эксмо – АСТ»?

– Евгений Капьев: Наша компания лидирует в этом на­правлении. Доля современных российских авторов составля­ет больше 50 %.

– Эта цифра внушает оптимизм. Сегодня для многих издательств открытие новых имен – серьезная проблема. Сотни тысяч рукописей приходят на рассмотрение в ре­дакцию. Как строится система отбора новых имен? Какой стратегии следует придерживаться автору, чтобы найти правильный «вход» в издательство?

– Е. К.: Обозначу четыре пути, по которым рукопись может попасть в издательство. Во-первых, автор может послать кни­гу по email. Этот вариант дает небольшие шансы на то, что его заметят. Поймите, к нам приходит больше тысячи рукописей ежедневно. К сожалению, мы пока не наладили систему опти­мального отбора «самотека», но тем не менее рассматриваем все, что поступает, хотя эта работа требует колоссальных уси­лий. Одна из приоритетных задач «Эксмо» – наладить и улуч­шить процесс рассмотрения поступающих текстов. Возможно, мы будем искать партнеров на самиздатовской платформе. Итак, email – самый простой путь, но он и самый тяжелый.

Второй путь – стать заметным, то есть выиграть какой- либо конкурс, прославиться в блогерском мире, получить высокие оценки на курсах литературного мастерства, стать медийной личностью. Если это случится, издательства сами выстроятся к такому автору в очередь. Это путь сложный, тре­бующий серьезной работы.

Третий путь – найти знакомых в издательстве и постарать­ся, чтобы они вас порекомендовали. Тоже непростой путь, и к тому же дающий мало гарантий.

Четвертый – нанять агента. Агентский бизнес в России сей­час развивается. Нельзя сказать, что он такой продвинутый, как в Великобритании, где без агента вы просто не зайдете в издательство. Этот путь тоже работает. Мы активно рассма­триваем предложения, которые к нам поступают через аген­тов. Я рекомендую использовать все четыре варианта. Тогда вероятность издания будет гораздо выше.

– Четвертый путь мне кажется наиболее актуальным. И Гузель Яхина, насколько мне известно, воспользовалась именно им. Счастливый случай знакомства с Еленой Ко­стюкович как раз и привел Вас в редакцию Елены Шубиной, не так ли? А дальше начался Ваш звездный путь: в 2015 году роман «Зулейха открывает глаза» получил «Большую кни­гу», премию «Ясная поляна» и переведен уже на 20 языков. На­сколько тернист и сложен был Ваш путь?

– Гузель Яхина: Я сейчас слушала Евгения и понимала: он обозначил все, что я прошла. Причем в точной последователь­ности, от первого до четвертого вариантов. Сначала я соста­вила список тех издательств, которые могли бы заинтересо­ваться моим романом, и отправила им текст. Но на тринадцать писем пришел лишь один ответ. Дальше пыталась публико­вать выдержки из романа в журналах. То есть пошла по пути «Стань известным». Таким образом хотела привлечь внима­ние. В журнале «Сибирские огни» достаточно быстро взяли несколько глав из романа «Зулейха». Но это тоже не привело ни к чему. Очередь из издательств у порога не выстроилась.

Поэтому пришлось работать дальше. Я стала искать знакомых в издательствах, совершенно не понимая, кто есть кто в ли­тературном мире. Но из этого тоже ничего не вышло. В итоге я совершенно случайно познакомилась с Еленой Костюкович. После этой встречи все «закрутилось» гораздо быстрее. Я, правда, не знала, что у нее есть литературное агентство, – об­ратилась к ней просто как к известному человеку, перевод­чице Умберто Эко. Но после договора с Еленой Костюкович буквально через несколько недель состоялось знакомство с редактором Еленой Шубиной, решившей издать мою книгу. Так что все пути, описанные Евгением, мной были пройдены.

– Елена Шубина в интервью нашему журналу отмети­ла: «Сейчас все издатели как сумасшедшие ищут молодые имена». Но как этот процесс сделать более упорядоченным и системным? Может быть, издателям стоит взаимодей­ствовать с новыми проектами – «Класс» и «Школа писа­тельского мастерства»?

– Е. К.: Я очень рад, что за последние годы произошел определенный «прорыв» на рынке литературных мастер- классов, курсов по повышению издательского мастерства. Мы со своей стороны это всё поддерживаем. И у нас есть планы по премированию победителей, по активному взаимодей­ствию с лауреатами литературных конкурсов. С нашей сторо­ны мы готовы оказывать им большую поддержку.

За рубежом имеется целая индустрия литературных ма­стерских. Знаете, какая, судя по опросам, профессия мечты у школьников Великобритании? Писатель! И сегодня мы ста­вим перед собой амбициозную задачу сделать Россию роди­ной лучших мировых писателей.

– Благодаря энергии Евгения Капьева и его команды «лед тронулся». Сегодня мы действительно видим, что систем­ная работа по открытию новых талантов началась. А сей­час я предлагаю оценить текущее состояние современной российской литературы. «Каждый пишет, как он слышит. Каждый слышит, как он дышит». Чем «дышит» сегодня Гу­зель Яхина? Какие темы в литературе волнуют автора ро­манов «Зулейха открывает глаза» и «Дети мои»?

– Г. Я.: Темы, которые мне интересны, очевидны из тек­стов. Романов у меня пока что два. Первая и самая главная для меня – тема взаимоотношений личности и государства. Ей родственны: история становления личности на фоне боль­шой истории; судьба отдельного человека, маленького чело­века; тема его отношений с большими людьми; тема личной свободы в государстве; тема страха и его преодоления; тема границ – личностных, государственных; тема взаимоотно­шений Востока и Запада – где они сходятся и расходятся. Вот примерно палитра моих интересов. Меня очень волнует советский период, а именно двадцатые, тридцатые, сороко­вые годы. Потому что это было очень странное и страшное время, оно во многом определило нас сегодняшних. Я до сих пор чувствую в себе, в своих детях эхо тех трагических собы­тий: перевороты, Гражданская война, разруха и голод, Вторая мировая… Все это перетекало из одного в другое. Вы знаете, мне кажется, что наш затянувшийся разговор о советском прошлом – это не болезнь, а «проработка» тех травм. И, пока эти травмы не «проработаны», нам сложно двигаться дальше. При этом хочу сказать, что мне очень интересна современ­ность. Другое дело, что писать про современность не очень получается. Я сама для себя не могу ответить на вопрос: «Как писать о современности?» Это же не просто рассказывать об интернете, флешмобах, гаджетах и прочих штуках. Мне кажется, что чувствовать современность, писать о современ­ности – значит писать о ее характерных признаках как о части вечного. Если у тебя получается это делать, значит, ты чувству­ешь сегодняшний день. Я же пока его не чувствую. А вот театр и кинематограф острее, больнее ощущают современность.

Разговор о советском прошлом – это не болезнь, а «проработка» тех травм, которые случились. И, пока эти травмы не «проработаны», нам сложно двигаться дальше.

– Действительно, о современности мало кто решается писать. Евгений, на Ваш взгляд, какими темами «дышит» современная российская литература?

– Е. К.: Успешных авторов, которые пишут о современно­сти, пока мало. На Западе такая же ситуация. Хорошие книги все-таки касаются глубоких смыслов. И вот эту «глубину» очень трудно «получить», когда ты живешь сейчас, в текущем мо­менте. Поэтому лучше всего получается создавать и издавать произведения, которые касаются предыдущего времени. На­верное, один из самых ярких книжных прорывов «о современ­ности» – это книга Михаила Зыгаря «Вся кремлевская рать». А его вторая книга «Империя должна умереть» – пожалуй, луч­шая книга про начало XX века. Никто в России так подробно и интересно не писал про этот исторический период. Больше, пожалуй, и не вспомню хорошие книги о современности.

Я замечаю, что на Западе в рейтингах продаж в самых раз­ных жанрах начинают все чаще появляться имена современ­ных российских авторов. Мировой литературный рынок под­вержен трендам. Если пошла мода на Россию, значит, ее будет все больше и больше. В свое время была мода на Скандинавию со Стигом Ларссоном. Она вызвала огромный интерес к сканди­навской культуре. Так же и с Россией. Если наших авторов пере­водят на большое количество языков, это увеличивает интерес к России, к российским писателям. Известно, что «Самокат» был признан лучшим детским издательством на Болонской книжной ярмарке. То есть движение идет.

А мы, если говорить про «Эксмо», повышаем качество сер­виса для наших авторов. В ближайшее время на авторской конференции презентуем «личный кабинет» автора. С его по­мощью писатели смогут получать данные о продажах. Каж­дый автор будет видеть портрет своей целевой аудитории. То есть писатель сможет «кликнуть» на книгу и узнать, какого возраста, какими интересами обладают те, кто покупает его книги. Это даст нашим авторам возможность гораздо лучше понимать читателя. Кроме того, мы очень много инвестиру­ем в развитие книжного бизнеса: участвуем во всех книжных фестивалях, открываем книжные магазины. Наш франчайзин­говый проект «Территория» развивается хорошими темпами, мы планируем до конца 2019 открыть более 60 новых книжных магазинов под этим брендом.

Мы активно развиваем выпуск электронных и аудиокниг. В этом году запишем около тысячи новых аудиокниг. Соот­ветственно, у наших авторов имеется возможность зараба­тывать не только на бумаге, но и на электронных носителях. Этот ассортиментный сегмент растет, и я надеюсь, что доходы с аудиокниг существенно помогут увеличить гонорар автора.

И четвертое направление развития – продажа прав за рубеж. Недавно мы встречались с крупнейшей китайской компанией CMS Publishing&Media, имеющей оборот около 1,5 млрд долларов. И его сотрудники выразили огромную заинтересованность в российских авторах. Мы договори­лись о плотном сотрудничестве с ними. Мы планируем из­давать китайских авторов, а они – российских. Глава CMS Publishing&Media сказал, что у них огромная потребность в неанглоязычной литературе. При этом на встрече он ци­тировал наизусть наших классиков, говорил, что и Толстой, и Достоевский колоссально повлияли на китайскую культу­ру. Я надеюсь, что такое сотрудничество тоже будет повы­шать гонорары наших авторов. Во всем мире доля продаж прав за рубеж составляет около 80 %. А в России эта цифра колеблется в пределах 5 %. Соответственно, как только мы увеличим этот процент, то увеличится и доход авторов.

Еще одно направление помощи авторам – поддержка про­ектов, направленных на улучшение качества писательского ма­стерства. И мы в этой сфере готовы развивать любые начинания.

Статус писателя в современной России

– Гузель, а как Вы оцениваете статус писателя в совре­менной России? Что, по-Вашему, необходимо делать, чтобы поднять престиж профессии?

– Г. Я.: По моему глубокому убеждению, вопросы статуса не должны заботить самих писателей. И уж точно писатели не должны этими вопросами заниматься. О престиже про­фессии писателя необходимо думать в первую очередь изда­телям. Во вторую – властным структурам, тем, кто специали­зируется на литературе и культуре, а в третью – специальным СМИ, вузам, занимающимся литературным образованием.

Мне кажется, в писатели сегодня «идут» не в надежде на что-либо, а скорее «вопреки». Очень мало авторов могут зарабатывать литературным творчеством. Писатель в России – это человек социально не защищенный. Если вы где-то офици­ально работаете, значит, у вас есть возможность выйти на боль­ничный, возможность взять отпуск и в конце концов успешно уйти на пенсию. Если человек – писатель, он этого всего лиша­ется. Да и самоощущение авторов очень сильно изменилось по сравнению с тем, что было в советское время, когда слово «писатель» обладало почти сакральным смыслом. Сегодня писателей стало гораздо больше. У всех у них разный почерк. Появились блогеры, появились те, кто профессионально зани­мается жанровой литературой. Таким образом, понятие «статус писателя» стало более размытым. Поэтому в писатели «идут» действительно чаще вопреки всем условиям, которые я назы­вала, – «идут» за призванием, самореализацией и творчеством.

– Насколько сегодня отлажена и прозрачна система го­нораров? Авторские гонорары напрямую зависят от ти­ража и успешности книги. Поэтому очень важно создать прозрачную онлайн-площадку для писателей, чтобы они понимали, как оценивается их труд. Евгений, в начале года Вы анонсировали онлайн-площадку для авторов. Как разви­вается этот проект?

– Е. К.: Да, мы создаем новый сервис – личный кабинет ав­тора, в котором он сможет увидеть буквально все: какую сум­му, когда и за что ему начислили. Я считаю, что за этим – бу­дущее. Писатель в первую очередь должен думать о создании книги, а не проверять правильность начисления гонораров. Скоро мы запустим эту систему, которая позволит получить максимально подробную информацию.

В личном кабинете автора будет сразу несколько опций. Авторы смогут подписывать документы с помощью системы цифровой подписи. Пока мы стартуем. Но постепенно будем улучшать этот сервис. И я надеюсь, что через год это будет классный работающий инструмент, который другие издатели возьмут за образец и смогут у себя внедрять.

О важности продвижения и живого общения с читателями

– Не менее важная, а может быть, и самая сложная зада­ча – это продвижение современных российских авторов как в России, так и за рубежом. Что, на Ваш взгляд, здесь зави­сит от издателя, а что – от автора?

– Г. Я.: Что касается самопродвижения, мне кажется, здесь есть две стратегии. О первой стратегии, наверное, втайне меч­тают очень многие, и я в том числе. Она направлена на полный уход от публичности. Ее яркий представитель – Виктор Пеле­вин, который пишет тексты, но сам не общается ни с прессой, ни с читателями – ни с кем, кроме издателя. Он полностью устраняется от продвижения своих книг. И это замечательно. Потому что авторы – часто интроверты, люди немного аути­стичные, пугливые. Соблазн написать текст и отойти в сторону очень велик. Это первая стратегия.

Вторая стратегия – противоположная. Здесь я приведу другой пример, тоже очень яркий: молодой автор Александр Цыпкин. Я его не читала, поэтому не могу оценить тексты. Но зато могу со стороны оценить то, что он делает на ниве самопиара. Александр занимается активнейшим самопро­движением, причем весьма профессионально. К примеру, несколько лет назад Александр запустил театральный про­ект: его тексты читают со сцены – и он сам, и другие писатели, а теперь уже и известные актеры. Мероприятия называются «БезпринЦЫПные чтения». В сентябре в «Гоголь-центре» будет очередной раунд «БезпринЦЫПных» чтений, там даже Сергей Шнуров примет участие. Александр Цыпкин действительно очень много делает для продвижения себя и своих книг.

А между этими двумя полюсами все остальные авторы и располагаются. Кому-то комфортнее быть ближе к полюсу Пелевина, кому-то – к полюсу Цыпкина. Я думаю, что посколь­ку сегодня наш мир определяется цифровыми технологиями, интернетом, то потихоньку все, что касается «пелевинской стратегии», уходит. Сегодняшний мир требует открытости, прозрачности. Он требует все больше сжимать простран­ство сокровенного и открываться. Именно поэтому писатели и вынуждены регистрировать аккаунты в разных социальных сетях. Сегодняшний мир предоставляет как бесконечные воз­можности для продвижения, так и бесконечную конкуренцию.

– Гузель, какой путь выбираете Вы?

– Г. Я.: Я думаю, что писательскую жизнь надо разделять на некоторые периоды. Когда я пишу, то стараюсь уединиться, меньше встречаться, меньше общаться, иногда неделями не от­вечаю на сообщения: ухожу в оборону и стараюсь эту оборону держать, защищать творческий процесс. А есть периоды, когда, наоборот, необходимо выйти к публике, общаться, встречаться, заниматься книгой, уделять ей время. Эти периоды тоже бы­вают достаточно длительными. В мае 2018 вышел мой второй роман «Дети мои». И начиная с этого момента я активно зани­маюсь его продвижением, посвящая ему очень много времени, фактически весь свой рабочий день. Когда это закончится (на­деюсь, ближе к концу года), смогу опять вернуться в состояние замкнутости, обдумывания нового произведения.

– Евгений, с точки зрения издателя, Вы мыслите очень системно. Какие здесь направления, стратегии продвиже­ния Вы бы отметили?

– Е. К.: Если говорить про позицию издателя, то мы очень заинтересованы, чтобы автор максимально участвовал в про­цессе собственного продвижения. Иногда писатель нанима­ет свою персональную команду, делает продюсерский центр. И это очень продуктивно, ведь он может зарабатывать не толь­ко на книгах, но и на выступлениях. Один наш автор начал с книг, а потом сделал карьеру на своем бренде и теперь со­бирает тысячные залы. Когда появляется продюсерский центр, книги становятся одним из источников дохода. Писатель в этом случае занимается творчеством, а команда его продвигает. Если говорить про конкретные стратегии продвижения, то тут ничего нового я, конечно, не скажу. Это интернет и активные встречи с читателями. Но здесь очень важна подача. Если рань­ше на встречу с автором приходило 100–300 человек, то сейчас можно наблюдать многотысячные толпы. В первую очередь, разумеется, люди «идут» на западных и российских медийных авторов или авторов бестселлеров. Недавно мы привозили детскую писательницу Холли Вебб. На встречу с ней пришло 5000 человек, поклонники чуть не смели весь торговый центр. Поэтому очень важно правильно подбирать формат, правиль­но анонсировать мероприятие. Существует много нюансов, позволяющих организовать успешную встречу с автором. Играют роль и публикации в СМИ, но все-таки главный акцент в продвижении мы делаем на интернет и на встречи с читате­лями. К сожалению, профессионалов в этих областях не хватает. И нагрузка на автора падает большая. В России колоссальный дефицит специалистов в сфере маркетинга и PR-технологий. И мы находимся в постоянном поиске бренд-менеджеров, ин­тернет-маркетологов, SMM-менеджеров. У нас в издательстве открыто более сорока маркетинговых вакансий. Но этого все равно мало. Не хватает ресурсов для идеального продвижения авторов. Но мы над этим работаем, и я надеюсь, что через неко­торое время сможем больше уделять внимания и давать автору все, что он заслуживает.

Главный акцент в продвижении мы делаем на интернет и на встречи с читателями

– Действительно, очень важно живое общение чита­теля и писателя, продвижение в рамках книжных фести­валей и выставок. А как обстоят дела в этом направлении за рубежом?

– Е. К.: Абсолютно согласен, что для продвижения книг не­обходимо живое общение. Виктория Бэкхем в одном из сво­их интервью вспоминает разговор с издателем: «Хотите кни­гу? Ну, значит, при ее выходе вы должны месяц вычеркнуть из жизни». Потому что вы будете месяц ездить по стране, раз­говаривать с читателями в библиотеках и в магазинах. В Евро­пе встречам писателей с читателями придается большое зна­чение. Один из зарубежных авторов как-то признался: «Если ко мне на встречу пришел даже один человек – это будет счастье. Я этому человеку смогу уделить огромное внимание. И он, соответственно, потом расскажет всем остальным».

– Гузель, насколько плотен график Вашего живого обще­ния с читателями?

– Г. Я.: Это очень большая часть моей жизни. И я рада это­му. Мои поездки по России организует Редакция Елены Шуби­ной, а поездки за рубеж – литературное агентство. В некото­рые страны я еду на один день, а в некоторые – на неделю. Тут многое зависит от владения иностранными языками. Я говорю по-немецки, поэтому с переводом книги «Зулейха открывает глаза» достаточно много поездила по Германии. Общение пи­сателя без переводчика проходит гораздо динамичнее и инте­реснее. Да, поездки требуют сил, но и дарят большую радость. Без них, конечно, нельзя.

– Е. К.: Если говорить про выход на зарубежные рынки, у автора есть два пути. Первый – найти литературного агента. Правда, литературные агентства берут очень небольшое ко­личество авторов для продвижения. Второй – попасть в планы издательства по системному продвижению за рубеж. В «Экс­мо» мы этим давно занимаемся. И в этой деятельности наблю­даются некоторые прорывы. Но это долгий, извилистый путь. Для того чтобы издать рукопись в иностранном издательстве, иностранному издателю сначала надо найти рецензента, ко­торому он доверяет, который может прочитать произведение по-русски и способен написать на него качественную рецен­зию. Дальше необходимо найти переводчика.

Очень важно для начала продать зарубежным издателям две-три книги. Это даст возможность создать инфраструктуру, привлечь нужных специалистов. А потом объем начнет расти. Есть зарубежные издательства, которые говорят нам: «Вот в этом году мы можем пять ваших книг взять. Но в следующем уже осилим десять». То есть они такими постепенными шага­ми двигаются, и я рад, что движение идет. Такие авторы, как Гузель Яхина, помогают всей издательской индустрии. Потому что никакое издательство не сможет пройти мимо супербест­селлера. В результате им приходится немного больше и бы­стрее инвестировать в русскоязычную литературу. В этом году во Франкфурте будет большой стенд «Эксмо». Я рассчитываю, что книжная Россия в течение четырех-пяти лет увеличит свою долю на мировом рынке. И надеюсь, что мои прогнозы сбудут­ся. Но это очень трудная работа. Иногда мне говорят: «Почему у вас так мало переводов на английский язык?». А вы знаете, что в англоязычных регионах иностранной литературы все­го 2 %?! То есть они ко всем языкам относятся скептически. И если какому-то автору удалось перевестись на английский, это рождает огромный спрос и в остальных странах. Потому что сделать перевод с английского на другой язык гораздо легче. Мы всегда радуемся, когда англоязычные издательства переводят наших авторов. Но это, как я уже сказал, длинная и трудная дорога. Поэтому надо быть целеустремленными и инвестировать в это направление. Надеюсь, через какой-то срок наш труд даст свои плоды.

– За три года «Зулейха» переведена уже на двадцать язы­ков. Гузель, какой стратегии Вы придерживались?

– Г. Я.: Кажется, у меня нет никакой стратегии. А есть про­сто замечательное литературное агентство, совершенно сво­бодно и органично чувствующее себя на мировом рынке. Если бы не эта команда, то и переводов было бы гораздо меньше. Двадцать переводов уже вышло и одиннадцать в состоянии подготовки. Это действительно очень много. Я понимаю, ка­кая мне выпала удача. С «Детьми» пока не так все быстро идет, но, уже запланировано девять переводов этого романа. Да, в моем случае все это – заслуга агентства. Не думаю, что ав­тор может заниматься стратегией переводов самостоятельно. Ведь здесь дело не только в том, чтобы знать кого-то, а в том, чтобы всегда присутствовать на зарубежном рынке, всегда на­ходиться в важных точках, посещать самые статусные ярмар­ки, участвовать в самых перспективных встречах. Мне кажет­ся, мое агентство работает исключительно хорошо.

– Е. К.: От себя добавлю: мы просим всех авторов, особенно работающих в нехудожественном и детском сегментах, чтобы при создании книги они сразу думали про мировой контекст. То есть сегодня надо заботиться не только о том, какой отзыв вызовет новинка в России, но и о том, как она «впишется» в ряд других мировых бестселлеров. Это очень важный момент. Ав­тор должен подумать, как стоит «повернуть» название, как мож­но позиционировать книгу для успешной продажи. У нас есть замечательные примеры, демонстрирующие, как небольшое изменение подхода к книге делает ее бестселлером. Однажды мы издали книгу нашего известного бизнес-тренера. Ну, в прин­ципе, кому нужна книга российского бизнес-тренера про пере­говоры? А мы назвали ее «Кремлевская школа переговоров», и книгу купили все крупнейшие мировые издатели. То есть по­нимание, как правильно подать, продать, назвать книгу, какие смыслы заложить в нее, – это очень важное качество. Если мы хотим, чтобы наши авторы были популярны во всем мире, то им надо заранее думать, как эта книга будет позиционироваться и восприниматься не только в России.

– «Зулейха» – это чисто российская тема: двадцатые-тридцатые годы прошлого века. И в то же время такой успех за рубежом! С чем это связано?

– Г. Я.: Я не могла предположить, что история раскулачи­вания татарской крестьянки будет интересна, скажем, в Китае или в Америке. Старалась создать не просто исторический роман – хотела, чтобы Зулейха задавала себе те вопросы, ко­торые и сегодня задает себе женщина: можно ли полюбить человека другой веры и наци­ональности? Полюбить врага? Чем можно пожертвовать ради собственного ребенка? Как да­леко можно зайти в этой жерт­ве? И можно ли потом требовать от ребенка возмещения за это?.. Мне хотелось сделать книгу все- таки о женщине – без привязки к национальности, к какому-то конкретному историческому пе­риоду. Надеюсь, это получилось.

– Е. К.: Как ни странно, к это­му периоду российской исто­рии на Западе действительно наблюдается большой интерес. Про русскую революцию люди хотят знать гораздо больше, чем у нас в России.

– Уже начались съемки «Зу­лейхи». Между тем сегодня литературные произведения достаточно мало экранизиру­ются в России. Меня поразили некоторые цифры, приведен­ные представителем продю­серского центра «Среда». Он со­общил, что 50 % выпускаемых в мире фильмов сняты по ли­тературным произведениям. А в России таких картин всего 5 %! Какой колоссальный раз­рыв! Вот здесь нам нужно ра­ботать вместе с российской киноиндустрией.

– Г. Я.: С радостью поговорю на эту тему, тем более что сейчас в Пермском крае идут съемки «Зулейхи». А на следующей неде­ле стартуют съемки в Татарста­не. Создается сериал, который так и будет называться: «Зулейха открывает глаза». Проект старто­вал в марте 2016 года, и уже сей­час идут съемки. Это достаточно быстро – порой телевизионные проекты «разворачиваются» го­раздо дольше. Сценарий писала не я: решила, пусть это лучше сделают профессиональные сценаристы. В договоре имеется пункт, позволяющий мне читать сценарий и комментировать его, высказывать свое мнение. На съемочной площадке рабо­тает звездный состав: Чулпан Хаматова, Юлия Пересильд, Ро­ман Мадянов, Дмитрий Кулич­ков, Сергей Маковецкий. Съемки будут завершены к концу зимы. Примерно к осени 2019 года этот проект собираются «выпу­стить» на экран. Я жду выхода фильма с волнением. Но знаю, что полностью отвечаю за книгу. А уже продюсер и режиссер Егор Анашкин отвечают за фильм. Это их детище. Я понимаю, что, навер­но, не всем может понравиться то, что получится. Но я отношусь к этому спокойно. Главное для меня – чтобы в фильме было со­хранено уважение к большой истории, чтобы сюжет не пре­вратился в банальную мелодра­му на фоне ГУЛАГа, а рассказал о трагедии.

Что касается второго романа «Дети мои», то права на его экра­низацию уже переданы – к моей радости, фильм хочет снимать Алексей Учитель.

– Евгений, насколько я знаю, компания «Среда» планирует работать с вашим холдингом? Эти скромные показатели рос­сийских экранизаций они пла­нируют за 5 лет увеличить в 10 раз. Каким образом? Какая-то система уже выстраивает­ся в ваших взаимоотношениях?

– Е. К.: Пока статус проек­та на нуле. Взаимодействуем «вручную», если автор что-то находит в этом направлении либо его партнеры или знако­мые; если есть выход на про­ект-платформы, которые соеди­няют издателя и продюсерские компании. Я считаю, что с точки зрения продвижения, заработка автора, для «развития» смыс­ла, который автор закладывает в книгу, для донесения его до бóльшей части аудитории, кино и телевидение – важный ин­струмент. Но пока скажу честно: проект находится в стадии за­рождения. Это связано с боль­шим количеством факторов. Таких мастеров, как Алексей Учитель, в стране у нас единицы. Соответственно, рассчитывать на большой объем экранизаций затруднительно. Но будем дви­гаться. Надеюсь, через какой-то срок удастся все-таки сделать такую платформу. И авторам бу­дет гораздо легче издаваться. Возможно, благодаря компании «Среда» удастся это все реали­зовать.



Еще новости / Назад к новостям