Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

13.11.2017

Прощай, 17 год!

Бывают произведения так называемые «пророческие», и бывают произведения-»предостережение». Вторые мне больше по вкусу.

По правде говоря, я вообще не верю ни в какие пророчества. Если они сбываются, мы говорим: о, да, это пророк! А если нет... то ничего не говорим. Потому что то, что не сбылось, того и не было. И тот, кто это несбывшееся предсказал, никому не интересен.

В 2006 году в «Вагриусе» вышел роман Ольги Славниковой «2017». Опустим подробности любовного романа двух главных героев – Крылова и Тани. Суть в том, что действие этой вещи происходит в 2017-м, то есть нашем году. И на улицах Москвы разыгрывается нечто вроде костюмированного шоу. Ряженые «белые» и «красные» как бы сражаются друг с другом, но в результате все это переходит в действительно кровавую бойню. Иными словами, «игра» заканчивается настоящей революцией.

Если пророчества сбываются, мы говорим: о, да это пророк! А если нет... то ничего не говорим

Пережив 7 ноября 2017 года, когда тоже происходили какие-то «шоу» в революционном антураже, мы можем смело сказать: Славникова ошиблась. Но мне эта ошибка-предостережение нравится больше тех «пророчеств», которые я то и дело слышал в преддверии 2017 года. Мол, история имеет тенденцию повторяться и проч.

Напомню еще один роман, который опубликован в том же 2006 в издательстве Ad Marginem и затем многократно переиздавался, – «Санькя» Захара Прилепина. Там тоже шла речь о революции, правда, локального характера, которую пытаются устроить мальчишки областного, кажется, центра, сумев захватить мэрию. Отстреливаясь с захваченной позиции, они неминуемо должны или погибнуть, или сесть в тюрьму. Подозреваю, Прилепин писал роман именно как пророческий. Рецензию на него я тогда назвал «Новый Горький явился».

Сейчас понимаю, что, пожалуй, с названием рецензии погорячился. Дело тут в не разницах талантов. Прилепин – очень талантливый прозаик, а Горький, прямо скажем, не всегда писал ровно, и тот же его роман «Мать» не лучшее произведение. Дело в разнице мотиваций. Санькя в некотором роде был мстителем за рано умершего отца, за мать, живущую в нужде. И самым сильным местом в романе был тот, где молодой герой с матерью тянут на веревках гроб отца по снежной просеке, чтобы похоронить в родной деревне. А вспомните поведение Павла Власова на суде! Какой мощный монолог!

«Мы – социалисты. Это значит, что мы враги частной собственности, которая разъединяет людей, вооружает их друг против друга, создает непримиримую вражду интересов, лжет, стараясь скрыть или оправдать эту вражду, и развращает всех ложью, лицемерием и злобой. Мы говорим: общество, которое рассматривает человека только как орудие своего обогащения, – противочеловечно, оно враждебно нам, мы не можем примириться с его моралью, двуличной и лживой; цинизм и жестокость его отношения к личности противны нам, мы хотим и будем бороться против всех форм физического и морального порабощения человека таким обществом, против всех приемов дробления человека в угоду корыстолюбию. Мы, рабочие, – люди, трудом которых создается все – от гигантских машин до детских игрушек, мы – люди, лишенные права бороться за свое человеческое достоинство, нас каждый старается и может обратить в орудие для достижения своих целей, мы хотим теперь иметь столько свободы, чтобы она дала нам возможность со временем завоевать всю власть. Наши лозунги просты – долой частную собственность, все средства производства – народу, вся власть – народу, труд – обязателен для всех».

Самое интересное, что и сегодня в этих словах много правды. Там есть только одна очевидная не то что ложь, а подлог. «Мы хотим теперь иметь столько свободы, чтобы она дала нам возможность со временем завоевать всю власть».

В ближайшее время ни один русский писатель не напишет роман под названием «3017». Или это будет роман о гражданской войне на Марсе

Понятно, что Власов говорил не только от себя и своих товарищей и даже не только от «социалистов», но как бы от всего трудящегося народа. Понятно и то, что народ этот – особенно крестьянство – до революции 1917 года было безмерно унижено и обижено. Отпуская бывших «рабов» на «волю», дворяне оставляли за собой право быть латифундистами, сдавая мужикам в аренду пахотную землю, луга, леса, то есть то, что ни по какому Божьему праву им не принадлежало. А русский народ, что бы там ни говорили, чует Божью правду и верит ей больше любых цифр.

Сегодня некоторые историки с цифрами в руках доказывают, что перед революцией Россия жила все лучше и лучше, и уж во всяком случае лучше многих европейских стран. Возможно, и так. Но та чудовищная разница, которая существовала в образах жизни, одежде, манерах, питании даже не дворян и мужиков, а сельских и городских жителей, затмевала любые цифры, да и кто эти цифры знал, кроме статистиков, в которых тоже видели «городских», то есть «бар». И ярость, с какой крестьяне жгли и растаскивали по бревнышку и кирпичику барские усадьбы в 1905, говорит сама за себя. После 1917 там по крайней мере устраивали какие-то сельские клубы. А в 1905-м (примерно, когда Власов и читал свою речь на суде) все это сносили с лица земли. Потому что ненавидели!

Сегодняшние цифры, отражающие несправедливость новой жизни, порой тоже поражают. И Божьей правды как не было видно, так и нет. Но, видно, что-то изменилось в народной психологии. ХХ век показал, что свобода власти для всех – именно то, что и приводит к бойне «белых» и «красных». Или «синих» и «зеленых». К войне всех против всех.

Не будет повторения 1917 года. Читайте последний выпуск журнала «Родина», и вы увидите, сколько много условий нужно для того, чтобы разразилась революция. Прежде всего психологических условий.

Думаю, что в ближайшее время ни один русский писатель не напишет роман под названием «3017». Или это будет роман о гражданской войне на Марсе.

Но его уже написал Алексей Толстой.

Павел Басинский

Источник: rg.ru



Еще новости / Назад к новостям