Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

24.02.2019

Михаил Иванов: «Петербуржцы – самые искушённые книжники в стране»

Михаил Иванов: «Петербуржцы – самые искушённые книжники в стране»

Михаил Иванов

Согласитесь, когда ремейк лучше оригинала – это редкий случай не только для киноиндустрии. Тем более удивительно, когда это происходит с книжным магазином. Но с петербуржскими «Подписными изданиями» случилась именно такая история. Семейный книжный, недавно отметивший 90-летие, в 2012 году прошел через перезапуск, сделав ставку на небольшие издательства, оригинальную сувенирную продукцию и постоянных клиентов. А еще здесь высоченные стеллажи, забитые книгами, маленький кафетерий «Знакомьтесь, Джо!» и возможность оформить подписку. И при всём этом достойные финансовые показатели. Как это возможно? За ответами «КИ» отправилась в гости к Михаилу Иванову, совладельцу «Подписных изданий» на Литейном, 57.

 

Михаил, 12 лет назад, перезапуская магазин, какие задачи вы перед собой ставили?

– Нам важно было уйти от образа потокового магазина, ориентированного на строгую матрицу и быстрые продажи. Мы двигались в сторону атмосферности и эмоционального подхода в бизнесе, когда люди приходят в магазин не потому, что у них нет выбора, а потому что они сами хотят сюда приходить, потому что им нравится и его наполнение, и сервис. Такой была наша концепция, но готового рецепта не было. Знаю, что есть несколько подобных книжных магазинов за границей, но я не так много ездил, не всё видел, поэтому учились на своих ошибках. Решили, что не хотим делать акцент на книжки, которые и так везде лежат, и в итоге, если взглянуть на топ-100 издательства «Эксмо», то, конечно, мы представляем менее 20 % этого списка. Мы построили систему закупок по принципу отбора именно нужных нам книжек, решили, что будем ссориться, ругаться, просить, но получать «свои» книжки у издательств. На самом деле есть такие издательства, с которыми приходится месяцами бодаться, чтобы получить пачку книг. Но это того стоит. И те 16 человек, которые заинтересованы в этой книге, просто неимоверно счастливы, что мы смогли её достать.

Почему такие сложности? Казалось бы, издатели должны быть заинтересованы в продаже…

– По разным причинам. Это могут быть очень маленькие, грантовые или окологосударственные издательства, у которых выходит одна-две-три книги в год, и в общем-то они никак не мотивированы на их продажи. Либо это местечковые издательства, которые работают за счёт выставок и десятилетиями сотрудничают с одними и теми же магазинами и им тяжело заводить новых контрагентов, ведь нужно делать документы, ставить логистику… Так что достать книжки из маленьких издательств – это большое приключение. Хотя, конечно, сейчас появляются молодые, прогрессивные издатели, но пока их немного.

Проблема же с большими издательствами заключается еще и в том, что значительная их часть так или иначе находится в конгломерате с сетевой розницей, обеспечивая последней бонусы при поставке. Поэтому соревноваться с ценами сетевиков нам не так-то просто. А вот на небольшие издательства мало кто обращает внимание, поэтому здесь есть возможность и ставить нормальные ценники, и быть в рынке.

То есть в отсутствии единой, рекомендованной издателем розничной цены процветает демпинг со стороны крупных игроков рынка?

– То, что сейчас происходит на рынке, – это тема для двух интервью. OZON демпингует страшно, делая порой наценки на книги в 15–20 %, но это их политика, с них спрашивать нечего. Они не зарабатывают на книжках, для них книжки – это всего лишь трафик. Они продадут вам книжку практически без наценки, но параллельно продадут носки, бритву и пенку, собственно на этом и заработают. А «Лабиринт» просто скупает небольшие издательства.

ПОДПИСНЫЕ ИЗДАНИЯ В ЦИФРАХ 2017-й: Чистая прибыль – 10 млн руб. Совокупная выручка – 100 млн руб., в том числе 75 % книги Оборот по сувенирной продукции – 26 млн руб. Средний чек розницы – 690 руб. Конверсия – 50 % 2018-й: Плюс 30 % по основным бизнес-показателям.

Мы работаем с оптовым подразделением «Лабиринта», но вынуждены держать очень низкую наценку – не более 50 %. Хотя расходы физической розницы намного выше, и нам этих 50 % совсем недостаточно. Понятно, что, имея особые договоры поставок с издательствами, интернет-магазины (и Labirint, и Book24) ставят не менее 100 % наценки на книги, и при этом их ценники для покупателя выглядят дешевле наших. Просто условия поставки разные. Аналогично и у многих сетевых розничных магазинов валовая наценка составляет на данный момент 160 % при вполне лояльных для покупателя ценниках, ведь у них идёт собственная продукция по большей части.

А в «Подписных изданиях» средняя наценка в каком диапазоне?

– С учётом ассортимента собственного производства наценка составляет 90 %. То есть на книги независимых издательств мы ставим порядка 65 %, но с учетом нашей дисконтной системы наценка в продаже в любом случае падает до 60 %. На книги крупных компаний («Азбука», «АСТ», «Эксмо») наценка составляет порядка 75–80%, на стороннюю сувенирную продукцию – 95–100 %, а на собственную мы ставим порядка 180–200%, за счет чего и вытягиваем валовую наценку и можем позволить себе развиваться. Ведь наценка книжного магазина нужна не для того, чтобы просто больше зарабатывать, а для того, чтобы развиваться. Держа наценку 60–70%, развиваться невозможно. Фактически ты оставляешь себе на зарплату, а всё остальное уходит на аренду, налоги (только с каждой зарплаты 43 % составляют отчисления на страховые и пенсионные взносы). Я уж про оптовое звено и не говорю, там совсем безумные налоги. Пора наводить порядок, потому что зачастую нормально работать действительно невозможно. Ты делаешь наценку 70 % на книгу, но она продаётся в интернете на 30 % дешевле, чем у тебя.

«Я против государственного влияния… не должен город заниматься бизнесом, даже социально ответственным»

Какие варианты решения в данном случае возможны: поддержка государства или сильный Биржевой союз, как в Германии?

– Я против государственного влияния, потому что всё это закончится плохо: перекосами, ура-патриотизмом и пр. Должна быть саморегуляция. Но у нас она в данный момент невозможна в силу того, что проблемы независимых книжных торговцев не интересны никому. Маленьким распространителям нет дела до НДС, ибо они на упрощёнке или на патентах, хотя тот же НДС заложен и в стоимости книг от издательств. Но, конечно, в любом случае НДС нужно отменять, потому что это абсолютный нонсенс. Книготорговля – это культурный институт, развивающаяся отрасль экономики, и НДС там в принципе быть не должно.

Кроме того, конечно, должны существовать не только федеральные льготы, но и поддержка на региональном уровне. Налоговые каникулы, компенсация за определенные моменты. Например, сейчас все перешли на онлайн-кассы, обещали льготы, но… маленькие книжные магазины вынуждены были заплатить 35–40 тыс. рублей, хотя для них это огромные деньги. Опять же должны существовать упрощённые процедуры согласования наружной рекламы, льготы по помещению. Сейчас в Петербурге есть порядка 15 помещений, которые предназначены для книжной торговли, т. е. в их паспорте прописаны ограничения по использованию площади. Но их не отдают, нет свободных. Они принадлежат городу, ими распоряжается Комитет имущественных отношений, а вето накладывает Комитет по печати. Хотя расположенные в этих помещениях государственные магазины еле концы с концами сводят.

С моей точки зрения, не должен город заниматься бизнесом, даже социально ответственным. Сдайте помещение, сделайте льготные налоговые ставки, разрешите увеличить площадь не под книги и т. д. Надо в этом направлении двигаться. А вместо этого чиновники только ухудшили ситуацию с книгоизданием в городе. Если раньше Комитет по печати напрямую выдавал издательствам гранты на переводы, на права, то сейчас издательство должно сначала войти в Союз писателей, а потом уже через Союз подавать заявку на софинансирование издательских проектов. В печальном состоянии и Петербургский книжный салон – теперь это типичная провинциальная ярмарка.

Книготорговля – это культурный институт, развивающая отрасль экономики, и НДС там в принципе быть не должно.

Сейчас это так, да. Но, возвращаясь к вопросам формирования ассортиментной матрицы, кто в «Подписных изданиях» принимает решение о закупке тех или иных позиций?

– Мы всему учились на ходу. Хотя у меня за плечами, конечно, был опыт работы в «Буквоеде» и поддержка семьи – мамы и бабушки, которая руководила книжным магазином долгие годы, но я пришёл совсем неподготовленный и решал проблемы по мере их поступления. В 2012 году в штате было 8 человек, сейчас – 40. А тогда, в 2012-м, и подбором ассортимента, и безумными переговорами, и логистикой занимался только я. Сам возил, сам грузил и в принципе первые два года я делал абсолютно всё сам. Помогал и постоянный контакт с покупателями, и чувство собственного достоинства, – если уж ты хочешь называться книжным магазином, так изволь с уважением относиться и к книгам, и к покупателям. Но на самом деле за последние шесть лет ситуация на книжном рынке в целом изменилась, и сейчас в магазинах намного больше хороших книг, продавцы чувствуют тренды, чувствуют потребности горожан и читателей. И у нас появились отдельные закупщики на разные направления. Есть человек, который занимается независимыми издательствами и оптовиками. Плюс человек, который занимается только детской литературой, потому что это вообще отдельный пласт, в котором нужно разбираться, много читать на эту тему и знать, что будет дальше, предвидеть тренды. Есть человек, который текущими заказами по крупным издательствам занимается, хотя в основном все новинки мы коллегиально обсуждаем. У нас есть процедура, в рамках которой мы согласовываем объем заказа. И кроме того, мы практически всегда точно знаем, когда будет объявлен выход нужных нам книг, примерно на квартал вперед знаем издательские планы.

Это инициатива издательств?

– Мы просим. Кто-то присылает сам, но в большинстве своём мы просто звоним или пишем. По новинкам чётко знаем, что и где караулить. Бывают, конечно, какие-то «шальные выстрелы», но в целом отслеживание новинок у нас очень серьёзно поставлено. Много информации сейчас уже от сотрудников исходит, хотя я тоже ежедневно мониторю всё что можно в интернете. Мы подписаны на 100 различных каналов, включая странички редакторов, издательств и средств массовой информации. Мы подписаны на всё, на что только можно подписаться, плюс рассылки, а также постоянный контакт с ключевыми для нас издательствами, постоянно созваниваемся, и они примерно понимают, что нам присылать. Мы работаем более чем с 250 издательствами.

«Если уж ты хочешь называться книжным магазином, так изволь с уважением относиться и к книгам, и к покупателям…»

Каково соотношение выкладки книг и прочей продукции в торговой площади магазина?

– У нас из 149 квадратных метра 85 % занято книгами, 15 % – некнижными товарами. Но мы исходим не из площади, которую занимаем, а из потенциала конкретной позиции – сколько она может приносить денег и с какой скоростью оборачиваться. Мы делаем ставку на раскрутку конкретных позиций и изначально выбираем только то, в продаже чего мы полностью уверены. Жёсткий отбор идёт не только по книгам, но и по всем сопутствующим товарам, мы берём только с высоким потенциалом продаж.

Сейчас по книгам оборачиваемость в среднем порядка 100 дней получается. Естественно, есть издательства, по которым безумная оборачиваемость, например, по всему ассортименту «Альпины» мы выходим на 50 дней. Есть же и долгоиграющие позиции, которые могут по два-три года стоять на полке, но мы идем на такие жертвы.

Получается, вы не угадали спрос?

– Нет, вопрос только в том, что книга не дождалась своего покупателя, а потом, спустя два года, человек приходит и покупает. На самом деле эффект от такого «простоя» порой бывает даже больше. Ведь покупатель должен уйти в хорошем настроении, ему должно просто понравиться, а дальше он уже сам захочет вернуться, захочет прийти посидеть, выбрать книги, рассказать родным и друзьям, кому угодно об этом месте.

Меня удивили высокие стеллажи, под потолок, и лицевых выкладок книг немного. Есть ощущение библиотеки. Комфортно ли покупателям?

– Не забывайте, мы представляем 27 тыс. наименований книг. В первом зале действительно мало горизонтальных поверхностей, хотя именно они лучше всего продают, но в соседнем зале мы это учли и сделали выкладку более комфортной. А наши высокие (под потолок) стеллажи – это фактически система хранения, расположенная не на складе, а под рукой, в торговом зале. Для того, чтобы покупатель разобрался во всем этом многообразии, у нас в смене 7 продавцов в будние дни и 8 – в выходные. В декабре еще и увеличенная смена – от 10 человек, а 29–30 декабря в смене работают 13 продавцов, 2 упаковщика, поскольку практически каждый покупатель просит упаковать покупку, плюс один мерчендайзер в зале, администратор и т. д.

Журнал январь-февраль 2019

Журнал январь-февраль 2019

Что является ключевым моментом в сервисе, на ваш взгляд, помимо общеизвестного вроде улыбки продавца, доброжелательности?..

– Может, это и общеизвестные вещи, но в книжной торговле они практически не использовались до определенного момента в силу традиций советской сферы обслуживания, которые сохранялись в книготорговле дольше, чем в любой другой рознице. Когда, приходя за книгами, человек сталкивался с продавцами, которые буквально делали ему одолжение, продавая книгу. И эта традиция много где процветала до недавнего времени плюс низкие зарплаты, которые демотивировали сотрудников быть счастливыми. Быть искренне счастливым от того, что помог покупателю, – это очень важно, этому я учу всех своих сотрудников. Много всяких различных мелочей, которых не описать. Например, приходит к нам покупатель и спрашивает какую-то книгу, которой у нас нет. И мы найдём эту книгу в интернете или в другом магазине, и можем даже позвонить и спросить: ребята, у вас есть? И отправим покупателя к ним.

Быть искренне счастливым от того, что помог покупателю, – это очень важно, этому я учу всех своих сотрудников.

Каков средний возраст продавцов?

– Все до 30 лет, но у нас нет возрастного ценза. Просто надо понимать, что продавец книг – это не романтическая профессия, нужно иметь хорошую физическую форму, быть готовым перетаскивать тяжести, постоянно находиться в движении, особенно у нас, когда большой поток книг плюс лестницы и 10-часовой рабочий день, когда запрещено сидеть в присутствии покупателей и пользоваться телефоном. В общем-то, это стандартные истории для розницы, где покупатель – самый главный в магазине.

И как мотивировать персонал к работе в таких условиях?

– Человеческое отношение в первую очередь. И потом, зарплата у нас выше среднего по книжному Петербургу процентов на 40, есть различные HR-процедуры типа совместного времяпрепровождения, обучения и поощрений. Недавно у нас совместный английский проходил, с утра приходили репетиторы. Мы стараемся создавать команду-семью, что в одном магазине легко обеспечить, но на сеть развернуть сложнее. С другой стороны, если бы я управлял сетью, то старался бы давать больше независимости отдельному магазину, больше вкладывал бы в управляющих.

Журнал январь-февраль 2019

Журнал январь-февраль 2019

Что мешает превратить «Подписные издания» в сеть магазинов?

– Я уже работал во всём этом и знаю, что будет дальше. Всё, что тебе нравится, все фишки и находки, реализованные в одном магазине, невозможно так или иначе возвести в регламент, а сетевой бизнес невозможен без документации, стандартизации процессов. Там всё чётко, по делу, а эмоции, атмосферность просто не нужны. И создание сети означает отказ от всего того, чем мы занимаемся последние 6 лет. Если только речь не идет о совсем небольшой сети. Но в принципе наш объем ассортимента и так можно рассматривать как работу 5 магазинов, просто на ограниченном пространстве.

 

«Из Петербурга с апатией и безразличием»

 

Почему вы решили заняться производством собственной сувенирной продукции?

– Мы были недовольны тем, что предлагает стандартный «лубок» китайского производства. Нам хотелось продавать что-то более-менее вменяемое, красивое, но, запрашивая прайсы у других поставщиков и сталкиваясь с не очень выгодными условиями, начали думать, куда нам двигаться дальше. Поскольку у нас была своя розница, решили попробовать сделать собственную продукцию. Я познакомился с дизайнером Сашей Павловой и предложил ей как-то обыграть фразу «в любой непонятной ситуации лети в Петербург». Это был наш мем. А ещё у нее были свои открытки «Говори как петербуржец», которые мы решили растиражировать. Мы просто разместили картинку в паблике, но она сразу разошлась по всем петербуржским СМИ, и у нас в первый же день купили 150 открыток одного вида. Мы поняли, что в этом есть определенный потенциал, и стали постепенно включать новые фразы, в частности «Из Петербурга с апатией и безразличием», и т. д. Идеи для копирайта приносят и сотрудники, и иллюстраторы, и я, и потом мы все вместе обсуждаем. Поскольку продажи росли и у меня на тот момент были хорошие отношения с командой «Буквоеда», я предложил, они поверили… и, в общем, мы стали работать с этой сетью и постепенно выросли. Сейчас мы имеем более 300 наименований сувенирной продукции и свыше 500 магазинов-контрагентов. У нас есть какие-то эксклюзивы для конкретных продавцов, но в целом наш ассортимент – это упаковочная бумага, значки металлические, магниты, открытки, карандаши, сумки, пакеты, тетрадки с прошивкой корешка нитками. Кстати, для этого купили станок в Китае. Мы что-то печатаем сами, что-то закупаем в типографии, но у нас сейчас собственные сборка, сшивка, резка и тиснение. Мастерская находится в отдельном помещении на Дегтярной, есть оптовое подразделение. Высокомаржинальные продажи сувениров во многом поддерживают наше книжное направление, перекрывая низкую наценку на книги независимых книжных издательств.

Можно ли каким-то образом увеличить маржинальность книготоргового бизнеса, в том числе за счет условий договоров поставки?

– Мы работаем с издательствами по трем типам договоров. Большую часть товаров берём с отсрочкой, немаленькую часть – на реализацию, но приходится работать и в твёрдый счёт. Вообще, я за последний вариант, весь книжный рынок должен так работать, но для этого ему нужно больше денег и возможностей для развития малого бизнеса, а значит, меньше демпинга. Потому что, занижая стоимость, многие игроки роняют рынок. Если вы будете продавать 100-тысячные тиражи с наценкой 20–30 %, то какой рынку от этого толк? Ведь можно продать вдвое меньше, но с большей наценкой, и получить большую маржу, которую вы потратите на развитие своих компаний. Поэтому мы регулярно покупаем у многих издательств книги «в деньги», когда понимаем, что так проще, когда «бухгалтер в отпуске», «лень везти из Москвы» и прочие нюансы. Плюс мы платим, когда есть акционные предложения или определенные договорённости по скидкам на книжки, но мы не работаем с эксклюзивами. Мы против системы эксклюзивов, она пагубна для рынка. Когда какие-то издательства каким-то магазинам не дают эксклюзивные книги – это несправедливо, мы против такой системы. Правильнее получить книгу раньше за счёт логистических инноваций, за счёт того, что мы всегда в курсе событий, знаем, где и что выйдет, и мы больше всех хотим эту книжку. Конечно, не всегда получается, многое зависит от конкретных обстоятельств, но такую задачу мы перед собой ставим…

Мы против системы эксклюзивов, она пагубна для рынка.

А почему решили открыть свой интернет-магазин?

– Изначально мы его открывали как каталог для сотрудников с позиции удобства поиска (на телефоне) запрашиваемых покупателем позиций, далее как сервис родилась доставка по Петербургу, и вот постепенно мы выросли и сейчас доставляем книжки от Калининграда до Сахалина, привлекая различные курьерские службы. Но пока что, к сожалению, мы в интернете не зарабатываем, там ноль, даже лёгкий минус, исключая декабрь или акции с нашим собственным успешным товаром. В целом на протяжении года в интернет-магазине мы работаем больше, чем получаем.

Первоначальные вложения были небольшими, около 1 млн рублей, это копейки для рынка. Сейчас разработчики, программисты стоят дорого, на миллион рублей сделать хороший интернет-магазин с нуля тяжело на самом деле. И мы постоянно что-то меняем, дорабатываем. Сейчас перешли на 1C-Bitrix, потому что иначе падает синхронизация баз данных с торговым залом. Бывает так, что книжка, заказанная в интернете, одномоментно покупается в зале, но обновление информации запаздывает.

За счет чего сегодняшние «Подписные издания» создают трафик? Понятно, что есть особый ассортимент, но всё же, как Вы добились такой популярности?

– Я же рекламщик, это моя работа. Плюс искренность, нравится то, что мы делаем, нам нравятся покупатели. И мы стараемся любой инфоповод отработать по полной, из любого события пытаемся извлечь максимум пользы. Привлекаем блогеров, знакомым звоним, рассказываем в соцсетях «ВКонтакте» и «Инстраграме», по-разному… Книжный бизнес хорош тем, что каждая новая книга – это инфоповод. Мы стараемся сделать меньше, но качественнее, и по полной отработать каждое мероприятие, у нас нет потока. Потоковость убивает абсолютно весь пиар и рекламу. Каждое мероприятие должно быть самоценным, нельзя надоедать людям. Даже если у вас программа из 50 мероприятий на месяц, вы просто достанете журналистов, и они всё равно выберут только самое ценное из вашего предложения, а остальное никому не будет нужно. Кроме того, мы стараемся не проводить мероприятия, в которых не уверены. Мы на мероприятиях не зарабатываем вообще, дай бог в ноль выйти, но мы должны уважать автора –его придут послушать не трое знакомых управляющего магазином, а столько людей, чтобы было интересно и чтобы автор понял, что он к нам не зря приехал.

«Сейчас всё хорошо на книжном рынке, за исключением моментов, которые мы можем подправить»

С вашей точки зрения, насколько размещение на Литейном проспекте, в центре города, повлияло на успех «Подписных изданий», на востребованность магазина?

– Безусловно, тот факт, что мы на первой линии находимся на улице с высоким трафиком положительно сказывается на работе. Но, с другой стороны, магазину до перезапуска 2012 года всё это не очень помогало, его выручка была в 17–20 раз меньше. Так что трафик не поможет, если глазу не за что зацепиться. Если ты ничего не слышал об этом месте, то вряд ли зайдёшь, ну, только если тебе совсем делать нечего. А так, люди проходят, видят знакомый логотип, кто-то говорит: «Ой, я что-то слышала, давай зайдём, ой, какое место, как много народу…»

Если сравнить 2017 и 2018 год, то что изменилось?

– Основной источник наших денег – продажи книг, которые по обороту не сравнятся ни с арендной платой кофейни, ни даже с продажей нашей сувенирной продукции. Традиционно у нас в Петербурге летние месяцы самые прибыльные для магазинов, расположенных в центре города, потому что много русскоговорящих и читающих на русском языке туристов. Но во время чемпионата мира по футболу с 15 июня по 15 июля все более-менее доступные векторы размещения туристов были забиты иностранцами. К нам заходило безумное количество футбольных фанатов, но максимум они покупали карандаш. Из-за того, что не приехали наши туристы, действительно был спад, мы подросли только на 20 % в сравнении с 2017 годом, но зато август был достаточно хороший, 41 % к прошлому году, как раз за счёт того, что больше туристов приехало в августе, и мы здесь просто с ума сходили от количества посетителей.

Да еще и с погодой повезло.

– У нас вообще бизнес метеозависимый, в этом году погода беспрецедентная в Петербурге, и зима была отличная, и весна, и лето, и в ноябре мало дождливых дней… Поэтому, конечно, к нам погода благоволит.

Давайте поговорим о планах: во что будете вкладывать, что планируете развивать? Вот вы занимаетесь и книгоизданием, и производством сувениров, не тесно в одном магазине?

– Я считаю, что сейчас всё хорошо на книжном рынке, за исключением моментов, которые мы можем подправить. И такого оживления, такого подъёма, хорошего настроения в книжном бизнесе не было, наверное, лет двадцать. Я не застал 1990-е, но во всяком случае по разговорам с людьми, работавшими в те годы, это так. И сейчас смотришь на некоторые издательства и понимаешь, что вот люди правильно, умно делают и у них получается не только классные книжки выпускать, но и с точки зрения экономики быть эффективными. Те же «Самокат», «Альпина», «Клевер», «Поляндрия» отлично развиваются. Они сами много занимаются продвижением своей продукции, и за счёт них люди идут в магазин за конкретными книгами.

Для нас книгоиздание – это не заработок, это, что называется, «для общего развития», чтобы понять, как это всё устроено, как это всё работает. Мы больше тратим сейчас, чем зарабатываем на этом, потому что книгоиздание достаточно дорого. И конечно, для того, чтобы зарабатывать, нужны большие объёмы. Мы выпустили четыре собственные книги. С журналом «Искусство кино» издали «Рабочие тетради» Ингмара Бергмана, напечатали кандидатскую диссертацию Сергея Бодрова. С Николаем Солодниковым и Катериной Гордеевой выпустили «Диалоги с Сокуровым». И в следующем году мы будем издавать, в плане 10 книг, но всё равно это не бизнес.

Мы будем больше пытаться работать в интернете по определенным узким направлениям, но второй книжный магазин открывать не хочу. А если когда-нибудь и захочется, то в любом случае «Подписные издания» останутся в Петербурге. Мы издаём под этим брендом сувенирную продукцию, книги, торгуем под этим брендом. Москва – хороший и приятный рынок, и вообще, город изменился в лучшую сторону. Но смысла менять «Подписные издания» я не вижу и увозить его в Москву или куда-либо еще я бы не хотел. Понимаете, в Москве и так 80 % издательского бизнеса страны, а в Санкт-Петербурге всё равно очень мало издательств и очень мало книжной энергии, мне кажется. Хотя есть запрос, появляются маленькие «независимые» книжные магазины, которые выбирают петербуржцы, но в этом городе не уделяется достаточно внимания поддержке бизнесу, нет условий и конкуренции здесь практически нет (правда, на количество жителей в Санкт-Петербурге у нас лучший показатель процента независимых книжных в стране). В Москве всё-таки другая ситуация, там есть 5–7 игроков, примерно равных друг другу, которые создают реальную конкуренцию, там есть движуха, только «Подписных изданий» им не хватало…

Михаил Иванов

Опубликовано в журнале «Книжная индустрия» № 1 (161), январь-февраль, 2019 



Еще новости / Назад к новостям