Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

От заката до расцвета

От заката до расцвета
21.02.2011

Хоть и говорится, что «крот истории роет медленно», но, похоже, в истории электронного книгоиздания в 2010 г. случился перелом. Премьера iPadстала, безусловно, триггером книгобайтового прорыва 2010 г., породив волну подражаний, и хотя функциональность «мультимедийной таблетки» много шире, чем обслуживание интересов книгочеев, продажа электронных книг в США, первой «причастившейся» к iPad, выросла с 1,8 % до 9 %. Европу, по мнению специалистов, эта волна накроет уже в текущем году.

По оценкам экспертов, в 2010 г. продано:

  • около 10 млн Apple iPad (релиз в США апрель 2010 г.)
  • более 1 млн Samsung Galaxy Tab(релиз в ноябре 2010 г.)
  • около 8 млн Azon Kindle (в продаже с ноября 2007 г.)

О том, каким образом адаптироваться книгоиздателям и книгораспространителям к цифровым реалиям, какие задачи приходится и придётся решать книжникам, осваивая цифровое пространство, не раз говорилось в прошедшем году в рамках книжным выставок на многочисленных мероприятиях, инициированных или поддержанных нашим журналом. Помимо очевидного использования виртуального пространства для «виртуальной» деятельности по маркетингу, продвижению и рекламе, издателям и книготорговцам приходится, прежде всего, заботиться о развитии базового бизнеса – производства и распространения книг – обеспечивающего вполне конкретный доход. В том числе и книг электронных. Пусть небольшой 1-5 %, как подтверждают все специалисты от «традиционной» книжной индустрии, но стабильно растущий. И растущий довольно активно, по заверениям цифровых книжных площадок – агрегаторов контента.

Прямая речь

Александр Ройфе, «ЛитРес»:

«За последний год мы смогли примерно утроить свой оборот».

(Круглый стол «Электронная книга в Германии и России», Non/fiction-2010)

Екатерина Мосина, книжный магазин «Москва»:

«На сегодняшний день доля электронных книг в общем обороте составляет 0,5 % . Ежемесячный прирост продаж составляет 5 %. По нашему опросу 30 % покупателей уже читают е-книги. Еще 20 % возможно будут читать».

(Круглый стол «Электронная книга в Германии и России», Non/fiction-2010)

Буркхардт Витт, издательство Wolters Kluwer

«Мы видим новое поколение пользователей, читателей, которые очень активно используют все цифровые технологии. Мы видим тенденции: содержание, продукция издательства становится цифровой, распространяется с помощью совершенно новых сетей распространения, в интернете, в первую очередь».

(Круглый стол «Электронная книга в Германии и России», Non/fiction-2010)

Михаил Визель, издательская группа «Азбука-Аттикус»

«В докладе, подготовленном компанией «Бейн» ... говорится, что по итогам исследования, проведенного среди 3 тыс. респондентов в 6 странах: США, Южной Корее, Франции, Германии, Британии и Японии, прогнозируется, что в течение ближайших 5 лет доля электронных книг в общем числе продаваемых книг вырастет до 25 % в США и Корее, и до 15 % во Франции. При этом самым продаваемым жанром по-прежнему остается фикшн».

(Конференция «Культурологические аспекты взаимодействия электронного и печатного книгоиздания» Non/fiction-2010)

Как бы к этому не относилась традиционно консервативная книжная отрасль, но цифровая революция, свидетелями которой мы являемся, завершает пост-гуттенберговскую эпоху массового книжного производства. Диктат продавца неизбежно уходит, сменяясь диктатом покупателя. «Книга должна быть доступна на том устройстве и в том формате, который выбирает читатель» – мантра новой цифровой реальности. Однако воплотить эту идею гораздо сложнее, чем провозгласить. И хотя война форматов, похоже, подходит к концу – новые Kindle уже читают pdf, а на iPad доступны приложения не только из собственного книжного магазина, но и Kindle, Google Books, Barnes & Noble Nook и десятки других, для издателей внедрение в стандартную редакционную технологию этапа подготовки электронного контента представляет проблему, за исключением самой простой операции – записи pdf . Впрочем, формат этот, как мы уже не раз писали, не самый удобный, т. к. не обладает функцией масштабирования, а конвертация под мобильные телефоны предполагает ещё и некоторые продвинутые пользовательские навыки. Всё остальное, даже XML-разметка текста под e-Pub, требует дополнительных усилий и ресурсов. По этой причине в российской iBook- библиотеке только около трёх сотен книг, преимущественно от большой двойки «Эксмо» и «АСТ» (Лукъяненко, Акунин, Глуховский, Корецкий) и программистов-одиночек. Последние трансформируют в приложения для iPad и iPhone народные сказки и произведения, авторским правом не охраняемые, которые потом продают за небольшую (1–5 долларов) копеечку. Специальных разработок с интегрированными мультемедийными опциями, подобно сделанной под iPad «Алисе в стране чудес», отечественный книжный рынок пока не произвёл, но первые попытки – и вполне симпатичные – уже есть: «буклы» от Articul Media «Курябой» и «Чудо-репкой». Тенденция эта будет нарастать и, по мнению многочисленных экспертов, отрасль будет развиваться в сторону книг с дополнительными возможностями.

Прямая речь

Илья Долгопольский, издательство «Альпина Паблишерз»

«Актуальной задачей для издателей становится создание такой конвергентной книги, которая сочетает в себе и изначально созданную автором информацию и возможность её обновления, поиск периферийной по отношению к центральной теме книги информации, а также обогащение книжного контента всевозможной аудио-, видео и графической информацией».

(Конференция «Культурологические аспекты взаимодействия электронного и печатного книгоиздания» Non/fiction-2010)

Буркхардт Витт, издательство Wolters Kluwer

«Наша задача – сделать контент доступным для пользователя в том виде, там и тогда, когда ему это удобно».

(Круглый стол «Электронная книга в Германии и России», Non/fiction-2010)

Михаил Визель, издательская группа «Азбука-Аттикус»

«Издательский рынок чудовищно консервативен. Это его величайшая сила и величайшая слабость. Это первый фактор, который сильно сдерживает дигитализацию информации».

(Конференция «Культурологические аспекты взаимодействия электронного и печатного книгоиздания» Non/fiction-2010)

Ещё одна причина, сдерживающая развитие отечественного электронного книгоиздания, – вполне понятная боязнь правообладателей лишится полного контроля над собственным интеллектуальным продуктом. Ведь принцип «добросовестного использования» трактуется российскими потребителями интеллектуальной собственности подчас слишком широко. Во всём мире читатель требует свободного доступа к информации и свободного ею распоряжения. Правда, российский читатель требует громче других, часто уравнивая свободу с «халявой» и не желая понимать, что свобода – это пространство, добровольно ограниченное правовыми рамками, и вне их не существующее. На развитом западе, к опыту которого мы так привыкли обращаться, «добровольному ограничению» помогают довольно жесткие законы. Законодательные акты, ведущие к усилению ответственности за нарушения авторского права, в прошлом году прошли разные ступени одобрения правительств Великобритании, Франции, Германии. О начале процедуры гармонизации законодательства европейских стран в сфере авторского права было заявлено на заседании Европейского парламента в сентябре 2010 г. Надо сказать, что и сейчас за нарушения авторских прав в ряде стран предусмотрено довольно весомое наказание (штраф до 200 тыс. евро и тюремное заключение сроком до 2-х лет во Франции, штраф до 1 млн йен и заключение до 5 лет в Японии, штраф и тюремное заключение до 3 лет в Германии). Причём нормы эти не только прописаны, но и действуют: не далее как в прошлом декабре по иску крупных издательских домов Bedford, Freeman & Worth, Macmillan, Engage Learning, Elsevier, The McGraw-Hill и Pearson, к сервису RapidShare, последний был вынужден по решению суда Гамбурга выплатить правообладателям 150000 евро штрафа после того, как нарушив первое решение, не удалил из архива около 150 незаконно размещенных там электронных книг. Кстати, по немецкому законодательству нарушителями авторских прав считается и провайдер, и пользователь, незаконно скачавший контент. Охраной прав собственников интеллектуального продукта активно занимаются и профильные ассоциации: Ассоциация Книгоиздателей Великобритании составляет списки «недобросовестных» сайтов, оказывает издателям юридическую помощь. Может быть, поэтому в западном сетевом пространстве довольно сложно найти источник бесплатного контента, будь то книга или софт. В России, же, по оценкам Алексея Кузьмина, пиратский сектор составляет сотни миллионов долларов против 2-3 млн долларов легального контента.

Тезис из классики советского кинематографа «Тебя посадят! А ты не воруй!» прописан и в российском УК, но квинтэссенция его правоприменения – громкое и полуанегдотичное дело учителя А. М. Поносова из села Сепыч Пермского края, обвиненного в незаконном использовании программ Майкрософта. Но не только строгий правовой контроль и привычка общества соблюдать законы помогут бороться с пиратами и обеспечат будущее книжной отрасли. Стремительное развитие технологий заставляет бизнесы искать новые модели получения дохода, в том числе предлагая пользователям уникальные услуги, за которые они с готовностью заплатят.

Прямая речь

Михаил Визель, издательская группа «Азбука-Аттикус»

«...в силу особенностей российского менталитета ... пользователи не понимают, что за программу нужно платить, ... что за книги электронные нужно платить. И с большим трудом эта идея приживается».

(Конференция «Культурологические аспекты взаимодействия электронного и печатного книгоиздания» Non/fiction-2010)

Буркхардт Витт, издательство Wolters Kluwer

«Мы специализированное издательство и строим отношения с клиентами на основе доверия нам не нужен DRM в качестве защиты электронных книг».

(Круглый стол «Электронная книга в Германии и России», Non/fiction-2010)

Александр Ройфе, «ЛитРес»:

«Внедрение DRM приводит к уменьшению дохода. Люди, особенно имея нелегальную альтернативу, негативно реагируют на ограничения».

«На данном этапе с точки зрения технической борьба с пиратами неэффективна. Пока не приняты глобальные решения хотя бы на национальном уровне, эффективно бороться с ними не получится. Поэтому мы делаем ставку на другое: на удобство, на ассортимент. Мало кто из пиратов может предложить все существующие форматы на сегодняшний день».

(Круглый стол «Электронная книга в Германии и России», Non/fiction-2010)

Константин Костюк, издательство «ДиректМедиа»:

«Работая над DRM системами, надо создать не те DRM, которые запрещают, а те, которые информируют. С их помощью издатель всегда должен знать, где находится книга, и кто ее использует».

(Конференция «Культурологические аспекты взаимодействия электронного и печатного книгоиздания» Non/fiction-2010)

Сергей Анурьев, «ЛитРес»

«Если DRM сможет обеспечить такой же удобный доступ, как не DRM, то победит, наверное, DRM»

(Конференция «Культурологические аспекты взаимодействия электронного и печатного книгоиздания» Non/fiction-2010)

Как бы ни была привлекательна идея о всеобщем бесплатном доступе к информационным ресурсам, так талантливо и главное своевременно оформленная в одноименной книге Криса Андерсона, при ближайшем рассмотрении вопроса оказывается, что она как вечный двигатель – не только столь же желанна, но и столь же нереализуема. Предновогодние дебаты по содержанию поправок к Гражданскому кодексу РФ в части авторского права в очередной раз столкнули правообладателей и поборников либерализации авторского права, что вылилось и в открытые письма на имя властьпридержащих, и в дискуссию в блогосфере. Особые баталии развернулись вокруг прав библиотек на оцифровку, межбиблиотечный обмен электронными изданиями и права библиотек на «использование объектов смежных прав без согласия правообладателя и без выплаты вознаграждения» в некоммерческих целях. С одной стороны, библиотеки – по определению центр свободного доступа к информационным ресурсам. А с другой...это не должно автоматически вести к пренебрежению правами правообладателей. В пресловутых развитых странах, той же Канаде или Великобритании, например, с каждой бумажной книжки, взятой читателем на абонемент, правообладателю «капает денежка». К электронным книгам пытаются применять такие же принципы, как и к бумажным (резонно это или нет – покажет время), т. е. библиотека имеет право только на (условно) определенное количество электронных копий (файлов) одного наименования. Электронная книга может скачиваться и онлайн (при согласии правообладателя), но только зарегистрированным в этой библиотеке пользователем и на фиксированное время, после чего книга самопроизвольно исчезает. Кстати, Springer такого разрешения не дал, и его электронный архив возможно просмотреть только в помещении Британской библиотеки. Регистрация читателей производится лично и на основании документов, подтверждающих проживание в местности, обслуживаемой этой библиотекой, за исключением случаев с инвалидами-колясочниками. В нашем же отечестве к инвалидам-колясочникам по физической доступности библиотечных сервисов вполне можно приравнять жителей не менее половины населенных пунктов, отстоящих от имеющих библиотеку районных центров на 100 и более км. При 38 % проникновении интернета, из которых 27 % составляет широкополосный доступ (данные компании Gemius, ноябрь, 2010 г.), интересно, сколько из 45 тыс. публичных библиотек имеют достаточного ресурсов для организации интернет-доступа к своим ресурсам, охраны этих ресурсов, учета потребления электронных книг, не говоря уж о возможностях оцифровки фондов? В проблему охраны и учета потребления книг и упирается на первый взгляд разумная идея о межбиблиотечном обмене. Действительно, выполняя обязательства перед обществом по доступности информации, государство видимо должно позаботиться и об обязательствах перед правообладателями, наладив на вверенной ему библиотечной территории учет пользования электронными изданиями и систему отчислений авторам/правообладателям.

Проблема, конечно, наиболее актуальна для учебной и научной литературы (для художественного бесплатного чтива прекрасно функционирует библиотека М. Мошкова с 55 тыс. авторов и 800 тыс. наименований). Кстати, в то же Великобритании в образовательных и научных целях библиотекам позволительно ксерокопировать или оцифровывать материалы и без согласия правообладателя, но там существует довольно жесткие ограничения (5 % материала, или одна глава книги, или одна статья журнала), специально разработанная процедура применения этого права, а также контроль его соблюдения со стороны CLA (Copyright Licensing Agency). Эквивалентом CLA в России может стать общество по коллективному управлению правами (ОКУП). Аккредитованная организация получает легальную возможность собирать вознаграждение и выдавать разрешение на использование произведений, права на которые принадлежат любым правообладателям. Из существующих организаций претендовать на аккредитацию по управлению коллективными правами в сфере электронного книгоиздания могли бы, видимо существующий ОКУП «Копирус», НП «Федерация интеллектуальных прав», созданная Алексеем Кузьминым, Российская библиотечная ассоциация или Национальный библиотечный ресурс.

Прямая речь:

Сергей Зятицкий, «Книгафонд»

«Видимо, мы… увидим большую агрегацию массивов прав, даже если это будут 3 или 4 лидера, которые будут скупать права, а дальше все это будет доставляться по различным сетям».

«... вопрос не в том, как собрать деньги, вопрос в том, как их правильно распределить между авторами и правообладателями».

«...[существующая] на данный момент модель это модель покупки прав. Вторая возможная модель – это модель общества по коллективному управлению правами».

(Конференция «Культурологические аспекты взаимодействия электронного и печатного книгоиздания» Non/fiction-2010)

Михаил Визель, издательская группа «Азбука-Аттикус»

«Правообладатель – это ... важная проблема, потому что вся сложившаяся система копирайта тоже нуждается в переделке. И как это будет, никто толком не знает».

(Конференция «Культурологические аспекты взаимодействия электронного и печатного книгоиздания» Non/fiction-2010)

Конечно, технологии обновляются с такой скоростью, что за ней не успевает даже издательская практика, что уж говорить о практике юридической. И всё же поправки к Гражданскому кодексу РФ, в целом одобренные в последние дни 2010 г. Президентским советом по кодификации, но не устроившие ни одну из сторон, смягчают положения раздела VII Гражданского кодекса РФ (4-ю часть ГК РФ). Остаётся только надеяться, что, последние залпы правовой войны 2010 г., смешавшись с залпами праздничного салюта, останутся в прошлом, а 2011 г. станет годом цифрового прорыва и конструктивного диалога сторон, заинтересованных в развитии российской книжной отрасли.


Зарегистрируйтесь, чтобы оставить свой комментарий