Сайт функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

01.02.2014

Книжная отрасль и профильный вуз: в поисках интеграции

Дмитрий Иванов
генеральнымй директор компании «Олма Медиа Групп»

Константин Антипов
ректор Московского государственного университета печати им. Ивана Федорова

Как и в любой профессии, для успеха в издательском бизнесе недостаточно просто любить книги. Книгоиздатель, как и организатор книжной торговли, – это набор уникальных компетенций, приобрести которые можно, лишь освоив соответствующие учебные курсы в единственном в своем роде вузе РФ, к выпускникам которого в 2000-е «хорошим тоном» стало предъявлять претензии. Да, «Полиграф» уже не тот и отрасль уже не та. 
Но, возможно, именно в диалоге вуза и издательства будет найдено то взаимопонимание, которого всем нам не хватало последние 15 лет. И сегодня Светлана Зорина, главный редактор «КИ», беседует с уважаемыми экспертами:

Дмитрием Николаевичем Ивановым, генеральным директором компании «Олма Медиа Групп», и Константином Валерьевичем Антиповым, ректором Московского государственного университета печати им. Ивана Федорова. 

– С.З.: Меняется книга, меняются модели ее продвижения и маркетинга, а значит, отрасли нужны новые компетенции. Дмитрий Николаевич, как бы Вы сформулировали кадровый запрос университету печати? Какие специалисты необходимы сегодня издательству?

Дмитрии Иванов

– Д.И.: В «Олма Медиа Групп» мы столкнулись с ситуацией, когда редакторы и менеджеры находятся в разноуровневых состояниях. Менеджеры ориентированы на рынок, чувствуют его и замечательно работают. И редакторы делают в своем понимании замечательные, красивые, важные книги, но ощущение их нужности присутствует только в голове конкретного редактора или группы редакторов. Потребитель на это не реагирует. Возникает вопрос: как это объединить? Наверное, должны быть некие синтетические специалисты, которые могли бы не только оценить маркетинг и подготовку книги, но и спрогнозировать ее способность к реализации. Фактически это функции продюсера. В этом наша отрасль ничем не будет отличаться от телевидения, кино, журналистики. Поэтому о кадровом запросе я скажу так: мне нужны продюсеры, книжные продюсеры. И у меня вопрос: способен ли наш отраслевой вуз подготовить таких специалистов?

– К.А.: Хороший вопрос. Но следует понимать, что, каким бы совершенным ни был вуз, какое бы число великих мастеров ни объединял в учебном процессе, всё это превращается в офисный хлам, как только из высшей школы уходит отрасль. Да, мир меняется, и нужно менять образовательный процесс. Но эти перемены возможны только тогда, когда их заказчиком выступает работодатель. Ни один отраслевой университет не способен генерировать актуальные компетенции из самого себя. Запрос на компетенции рождается на рынке. И выстраивать образовательный процесс необходимо при прямом участии заказчиков компетенций.



Ни один крупный издатель в течение последних пяти лет не появлялся в университете.

К.В. Антипов



Если говорить о популярности профессии издателя, то могу отметить, что на этом направлении подготовки самый большой конкурс: 12 человек на каждое из 35 бюджетных мест. И проходной балл прошлого приема – 264 из 300 возможных. Сюда идут отличники. Иными словами, свою главную задачу перед отраслью – обеспечение высочайшего качества первокурсников – мы решаем. Дальнейшая их мотивация, интеграция в отрасль – это уже совместный труд университета и заказчиков компетенций. Наши работодатели должны прийти в вуз для того, чтобы сформировать новый, современный образовательный процесс.

– С.З.: Издатели приходят сегодня в вуз? Как строится диалог высшей школы и отрасли?

Константин Антипов.jpg

– К.А.: К сожалению, издатели в вуз не приходят. Мы проводим ярмарки вакансий, дни открытых дверей, участвуем в крупнейших отраслевых мероприятиях, разъезжаем по стране, рассказываем об университете. Это дает свои результаты. Повышается качество приема, ребята и их родители делают осознанный, а не случайный выбор, что доказывает статистика приема. Но ни один крупный издатель в течение последних пяти лет не появлялся в университете. Приходят полиграфисты, упаковщики, пиарщики, рекламщики. Мы планируем создать базовые кафедры на ряде этих предприятий, для того чтобы иметь возможность оперативно оттачивать актуальные компетенции на реальном производстве. Но издатель не приходит, он занимает примерно такую позицию: «Вы нам там кого‑нибудь подготовьте, а потом мы предъявим претензии к качеству, содержанию и расскажем вам, каким должен быть молодой специалист для издательской сферы». Но сказать – мало: нужно эти слова превратить в образовательный инструмент, то есть конкретные курсы, программы, блоки, дисциплины и т.д. Мы готовы к этой работе. И, пользуясь случаем, я призываю издателей начать эту совместную работу.

– С.З.: В настоящий момент МГУП реализует проект под названием «Базовые кафедры», в рамках которого будущий работодатель, будь то издатель или книготорговец, может открыть свою кафедру и готовить специалистов для себя. Расскажите об этом проекте подробнее…

– К.А.: Совершенно верно. С введением прикладного бакалавриата по целевому договору мы можем подготовить любое количество специалистов для конкретного издательства и формировать траектории подготовки не вообще для рынка, а конкретно для «Олма Медиа Групп», например.

В институте издательского дела и журналистики МГУП имени Ивана Федорова уже около 10 лет разрабатывается и успешно внедряется интегрированное обучение, которое позволяет совмещать академический процесс с конкретной практической работой студентов на книготорговом предприятии, в издательстве, где угодно. И это не летняя формальная практика на 2–3 недели. Бакалавры учатся в университете всего четыре года, и два из них, т.е. значительный объем академической активности, приходится на места их стажировки и практики, предполагающие плотное неформальное общение будущего работника со своим работодателем.

– С.З.: Приходят ли студенты в «Олма Медиа Групп»?

– Д.И.: Нет. На протяжении последних двух лет мы напряженно работаем, оперативно меняя тематические планы, и идея стажировок студентов вызывает у меня определенные сомнения. А не будет ли это отвлекать моих сотрудников от рабочей деятельности, своевременной сдачи плана, подготовки продукта, не превратится ли это в вождение за руку по кабинетам или от стола к столу? Насколько это будет полезно моей конкретной компании сегодня?

– С.З.: Среди практиков отрасли есть мнение, что большинство студентов книжной кафедры университета печати не особо стремятся работать с книгой. Они, скорее, уходят в смежные отрасли, в медиасреду, где выше уровень зарплат. В чем причина такой ситуации?

– К.А.: Займусь разоблачениями ложных тезисов. Итак, справка о трудоустройстве выпускников по специальности «Издательское дело и редактирование». В 2011 году трудоустроено по специальности 84 %, трудоустроено не по специальности – 11 %, другое – 5 % (ведение домашнего хозяйства). Далее смотрим 2013 год: трудоустроено по специальности 92 % выпускников, не по специальности – 5 %, 1 % – служба в армии, 2 % – ведение домашнего хозяйства. Это самые свежие сведения, и они вполне объективны. Возможно, существует какое‑то непонимание внутри отрасли, но тем не менее профильность трудоустройства – это один из критериев оценки эффективности вуза. И, согласно последним данным мониторинга Минобразования с соответствующими федеральными службами занятости, трудоустроенных выпускников МГУП имени Ивана Федорова более 97 %, из них более 95 % – по специальности. Это один из лучших показателей среди вузов страны. И здесь, на мой взгляд, у нас нет никаких проблем.



Мне нужны книжные продюсеры.

К.В. Антипов



– С.З.: Вы привели интересные цифры, можно ли их прокомментировать? Какие именно издательства выбирают студенты?

– К.А.: Трудоустройство идет по всей стране: от Владивостока до Калининграда. Конечно, подавляющее число работодателей «прописаны» в Москве и Санкт-Петербурге. Это издательства «Питер», «Либерия», «Большая российская энцик-лопедия», «Планета», «Инфра-М» и т.д. Здесь список из нескольких сотен компаний. К сожалению, крупных издательств очень мало. Упоминается «Эксмо» в нескольких позициях, но других крупных издательств в этом списке нет.

– Д.И.: Нам это было бы действительно интересно, потому что потребность в продюсерах очень велика. Будем пробовать, смотреть, как эту ситуацию можно развернуть.

– К.А.: У нашего университета всё для этого есть. Есть экономический, маркетинговый, редакторский блок в одном институте. Причем речь не идет о том, чтобы создать что‑то новое. Просто нужен толчок, заказ на программу подготовки от работодателя. Ведь мы говорим, что книга меняется, меняется и книгоиздательский бизнес. И частью этих перемен в бизнесе должна стать работа над кадрами, над генерацией нового поколения специалистов. Есть университет, который к этому процессу готов, государство деньги выделяет на подготовку этих специалистов, считает это важным и нужным. Всё есть. Осталось только договориться, как это делать, с тем чтобы, не нарушая бизнес-процесс, не вводя партнеров в дополнительные операционные издержки, сформировать базовые кафедры. Прекрасный инструмент – он существует рядом с бизнесом, будучи в него интегрированным. Не вместо бизнеса, а именно рядом с бизнесом. Это не та профанация, о которой упомянул Дмитрий Николаевич. Действительно, это ужасно, когда приходит зеленый недоспециалист, и его нужно водить за ручку, учить перекладывать бумажки.

– Д.И.: Есть и другая сторона медали. Например, мы пробовали повысить оборачиваемость продаж нашей компании, используя факторинг. Однако столкнулись с тем, что опытные и знающие специалисты нашей отрасли начинали краснеть при слове «факторинг». Видимо, предполагали что‑то не очень приличное. Вплоть до того, что предлагали сделать возврат книг, только не это! Так что кадровый голод, недостаток современных специалистов характерен не только для издательского бизнеса, но и для всех областей книжного дела.



Мы точно не будем первооткрывателями в электронном сегменте рынка, но держим руку на пульсе и мониторим ситуацию.

Д.Н. Иванов



– К.А.: Совершенно справедливо. И эта отраслевая амнезия потихонечку наступает. Что такое факторная сделка? Это рыночная необходимость, которая почему‑то непостижима для некоторых представителей старшего поколения. С другой стороны, «зеленые» молодые специалисты знают, что такое факторная сделка, но имеют целый ряд фильтров на входе в отрасль, которые не позволяют им применить свои компетенции здесь и сейчас. А это значит, что нужны взаимоприемлемые обеим сторонам инструменты интеграции образовательного процесса в потребности бизнеса.


Об электронных учебниках и чистых экспериментах

– С.З.: Сегодня мы много говорим об электронных технологиях в образовании. Как Вы лично относитесь к электронным технологиям? Влияют ли они, на Ваш взгляд, на качество обучения и на конечный результат?

– К.А.: Сразу оговорюсь, что к электронным технологиям я не отношу электронные учебники. Электронный учебник – это одна из форм существования книги, текста, контента. Что такое электронные технологии в вузе? Это современные способы доставки образовательного контента. И здесь совершенству предела нет. Это действительно расширяет возможности образовательного процесса. Мы с сентября начали сов-местный проект с одним из резидентов Сколкова, который позволяет обеспечить нашим студентам доступ к учебно-методическим комплексам из любой точки мира, был бы планшет. Планшеты мы раздали бесплатно. Это будет чистый экспе-римент, в котором участвуют две группы студентов. Они обучаются по одной и той же программе, на одном и том же курсе, но одна группа – без этих возможностей, а другая группа – с возможностью беспрепятственного доступа к образовательным ресурсам университета. Сравним и посмотрим на результат. Я думаю, что ребята, живущие в формате свободного доступа к образовательным ресурсам, должны показать более высокие результаты.

Но при этом я глубоко убежден, что в образовательном процессе ни педагога, ни книгу как таковую ничем заменить невозможно. Если эти элементы уйдут из образовательной среды, рухнет то, ради чего существует собственно средняя, высшая школа, т.е. исчезнет процесс социализации человека, профессионализации. А эти процессы невозможны без участия печатного слова и учителя. Итак, если мы говорим об электронных образовательных технологиях – это способы доставки образовательного контента.

– С.З.: Что же будет происходить в средней школе? Согласно сентябрьскому приказу Минобрнауки с 1 января 2015 года электронный формат станет полноправным участником Пе-речня…

Дмитрии Иванов

– Д.И.: Основной вопрос по‑прежнему звучит так: что такое электронный учебник? Конечно же, это не текст бумажного издания в формате pdf. Это некое новое качество, возможность свободного доступа к информации и расширение образовательной среды, т.е. мегассылки, инструменты поиска, аналитики. Но при этом методистами должна быть сформулирована некая база в виде учебного пособия для учителя. Иными словами, от нас ждут учебно-методический комплекс и обязательное электронное сопровождение к нему, которое позволило бы расширить возможности учебника. Ведь использование электронной среды позволяет на порядок расширить систему доступа к информации и обработки ее учеником. Более того, это способствует выработке навыков самостоятельного поиска и анализа информации. То есть мы от простого дублирования слов учителя учеником переходим к парадигме, когда ученику ставится задача, и у него есть возможность через электронную среду эту образовательную задачу решить самостоятельно. И преподаватель в рамках общей канвы, заданной учебным пособием, корректирует индивидуальную траекторию образования ученика, направляет его, расставляет акценты. Вот что позволят сделать электронно-образовательные ресурсы.

– С.З.: Готовы ли сегодня издатели предложить такое электронное сопровождение? Ведь это действительно серьезный шаг вперед.

– Д.И.: Конечно серьезный. Все издатели пытаются над этим работать. Пока что стандарт не сформирован. Создаются учебники, апробируются, идет обратная связь, что‑то корректируется. С одной стороны, есть понимание, чего мы хотим добиться, с другой – это достаточно инвестиционноемкое мероприятие. Создание электронно-образовательного ресурса требует работы квалифицированных специалистов и соответствующих инвестиций. Процесс сложный, но неизбежный.



Использование электронной среды позволяет на порядок расширить систему доступа к информации и обработки ее учеником…

Д.Н. Иванов



– С.З.: Вероятно, немаловажны и критерии оценки электронных образовательных ресурсов?

– Д.И.: Новое распоряжение Министерства образования предполагает несколько экспертиз, в том числе и общественных. Так что эта процедура будет носить более осознанный, взвешенный характер.

– С.З.: Какие новации происходят с точки зрения подготовки учебной книги в университете печати? Есть ли уже электронные и мультимедийные учебные курсы?

Константин Антипов

– К.А.: Учебник – это обучающая среда, которая должна обеспечивать индивидуальность траектории подготовки и расширение образовательного пространства. Иными словами, учебник приобретает сегодня совершенно новое качество. В структуре университета печати уже около 10 лет существует Институт открытого образования, ос-новная задача которого – формировать и развивать электронную образовательную среду. Мы производим огромное количество учебно-ме-то-дических комплексов (их уже около полутора тысяч), доступ к которым обеспечивается через Интернет. Мы дистанционно продаем эти услуги своим коллегам, кому‑то предоставляем бесплатно. Университет печати возглавляет профильное учебно-методическое объединение 30 вузов со всей страны. Мы с удовольствием делимся опытом, и этими ресурсами пользуется любой желающий. Это открытая среда. Достаточно войти в контакт с университетом, выполнить некоторые формальности, и вам будут доступны эти методические комплексы.

Но если говорить о специальной подготовке мультимедийного учебника как готового продукта, то такая работа в университете не ведется. У нас есть институт, который готовит IT-специалистов, программистов, есть факультет, который готовит издателей. И подобные синтетические образовательные продукты рождаются либо в курсовых, либо в дипломных проектах ребят из различных наших институтов.

– С.З.: И примером может служить творческая мастерская профессора В.Е.Валериуса…

– К.А.: Да. В. Е. Валериус как раз и является продюсером книги и пытается продюсеров книги воспитывать, а его мастерская – это площадка, где конвергируются умения и навыки наших студентов различных специальностей и направлений подготовки: художников, программистов, маркетологов, экономистов. Валериус пытается культивировать в образовательном процессе взгляд на электронную книгу как на образовательную среду и одновременно как на целостное произведение. Эти два противоречивых подхода дают совершенно удивительный результат. Пока, на мой взгляд, в работах его учеников больше крен в сторону искусства, чем в сторону образовательной среды: создаются некие объекты, которые имеют самостоятельную художественную ценность. Это не учебник. И если говорить о Валериусе, то надо менять тему разговора. Это другой рыночный продукт, другая ниша, другой набор компетенций. Электронно-образовательная среда – это как раз то, о чем сказал Дмитрий Николаевич, я его целиком и полностью поддерживаю. Мы на этом пути стоим уже давно. В прошлом, 2013 году мы наряду с 160 другими вузами участвовали в мониторинге Минобрнауки, посвященном анализу уровня развития электронного образования в стране. Университет печати вошел в десятку, а по некоторым позициям – и в первую тройку ведущих электронных вузов.



Университет печати – это серьезная и очень весомая часть национальной инфраструктуры чтения.

К.В. Антипов



– С.З.: Электронная книга – понятие многогранное. Если мы говорим об образовательной среде – это одни требования и компетенции, если мы говорим об электронной книге для самой широкой читающей аудитории, то здесь совсем другие требования и подходы. Какой должна быть книга в широком читательском пространстве? Чем она должна отличаться от бумажных книг?

– Д.И.: Я не знаю. Честно говорю. Я вижу, что сейчас идет некий процесс поиска, это подтверждает пример творческой лаборатории Валериуса, мои коллеги работают над этим, но пока понимание не сформировалось. Это первое. Второе – я не вижу результатов монетизации электронной книги. Я говорю не о скачивании текстов, а об электронной книге как самодостаточном продукте. Идут поиски, вся отрасль в этом направлении движется. Очевидно, что это тренд. Если говорить об «Олма Медиа Групп», то у нас пока неплохие результаты по бумажной книге. Мы точно не будем первооткрывателями в электронном сегменте рынка, но держим руку на пульсе и мониторим ситуацию, смотрим, что выстрелит. После этого уже встанет вопрос о монетизации и эффективности. Но чтение текстов на электронных носителях – это не совсем то, что мы вкладываем в понятие «электронная книга».

– С.З.: Тем не менее, и это направление имеет место быть и могло бы интенсивнее развиваться, если бы был принят антипиратский закон и в отношении книг…

– Д.И.: Сформировалось понимание, что книга должна подпадать под действие этого закона, поэтому усилиями издателей и Российского книжного союза мы доведем эту ситуацию до логического завершения.



В образовательном процессе ни педагога, ни книгу как таковую ничем заменить невозможно.

К.В. Антипов



– С.З.: Насколько активно книги издательства «Олма Медиа Групп» присутствуют сегодня в электронной среде массового рынка?

– Д.И.: Мы стараемся работать со всеми агрегаторами: «ЛитРес», Google, Amazon. В этом отношении у нас достаточно открытая ситуация. Здесь важен сервис, предоставляемый агрегатором, и объем продаж. В данном случае размер имеет значение. Мы на электронном рынке не паровоз, а лишь вагончик, который прицепляется к любому агрегатору, готовому работать с электронными книгами.

– С.З.: Google и Amazon пока достаточно открыты для российского рынка с точки зрения анонсирования своих услуг. Мы неоднократно приглашали их на конференции, но они, к сожалению, отвечали отказом. Поэтому о политике этих компаний мы можем судить только со слов их партнеров-издателей. На Ваш взгляд, готовы ли сегодня эти игроки предоставить российским издателям благоприятные условия для развития бизнеса в электронной среде?

– Д.И.: На сегодняшний день продаж с Amazon у «Олма Медиа Групп» нет, договор еще не работает. А вот работой с Google мы очень довольны – эффективная и удобная площадка для продаж нашего контента. Фактически они предоставляют издателю некий кабинет, где он может работать и с ценами, и с ассортиментом. Эффективность сотрудничества с Google мы особенно оценили на фоне предыдущего нашего опыта работы с российскими агрегаторами.


О чтении и планах на будущее

– С.З.: Литературное собрание, прошедшее в ноябре с участием Президента РФ, – это знаковое событие для отрасли. И хочется надеяться, что в 2014 году Программа поддержки чтения действительно станет государственной и получит соответствующее финансирование. На Ваш взгляд, что должна сделать отрасль, какие инициативы предпринять для того, чтобы наиболее эффективно реализовать эту Программу уже в новом статусе?

Константин Антипов

– К.А.: Я был участником этого собрания и предшествовавшего ему круглого стола с участием специалистов отрасли. Многие коллеги говорили о так называемой инфраструктуре чтения, упоминали библиотеки, книжные магазины, издательства. Но никто, кроме меня, ни слова не сказал об университетах, хотя отраслевые книжные университеты являются частью инфраструктуры чтения. В отсутствие целостной инфраструктуры никакая программа не будет эффективна. Нас нужно включать, как профильный вуз, в эту программу, иначе разрыв между издателем, книжным магазином, интернет-пространством, читателем будет увеличиваться. Отрасль не может существовать без кадров, которые поддерживают чтение. Через качественный продукт, через правильное понимание или поиски той самой электронной книги, через защиту авторских прав, через экономику этого процесса – от издателя к читателю – и т.д. Конечно же, МГУП имени Ивана Федорова – часть, возможно, весьма значительная, национальной инфраструктуры чтения. Это не просто квалификации, не просто формальные навыки – это будущее инфраструктуры. Если изъять из инфраструктуры чтения воспроизводство квалифицированных кадров, рухнет весь этот механизм. И я бы предложил поддержать книжное образование, расширить государственный заказ на те или иные квалификации, предоставить преференции в части развития вузовской инфраструктуры. Ведь если мы говорим о новых запросах отрасли, то они должны отражаться в том числе и в университетской инфраструктуре. Это экономические преференции, связанные с необходимостью прямого взаимодействия между работодателем и университетом. Мы говорили о растущих операционных издержках, об отсутствии свободных оборотных средств на развитие самостоятельных образовательных программ. Список может быть огромен. Итак, университет печати – это серьезная и очень весомая часть национальной инфраструктуры чтения. Вот это я бы вписал в Программу красной строкой.

– С.З.: Программа была принята еще в 2006 году. С тех пор произошли значительные изменения в отрасли. Видимо, нужно и са-му Программу пересматривать? Как, на Ваш взгляд, отрасль, в частности, издатели должны быть интегрированы в эту Национальную программу?

Дмитрии Иванов

– Д.И.: Я бы основной акцент Программы сделал именно на пропаганде чтения. Много экономических аспектов, много разговоров о социальной значимости. Но мне кажется, что основная проблема заключается в том, что у нас лавинообразно распространяется нежелание читать. В силу разных социальных причин, в силу серьезного давления со стороны иных сфер развлечения и получения информации чтение перестает быть атрибутом образованного и воспитанного человека. Пропаганда чтения в этой Программе должна быть основной идеей, а на каких носителях читать – это уже вторично. Решим и вопрос монетизации электронной книги, создадим новое понимание ее качества; не может такого быть, чтобы не решили. Вопрос в том, чтобы было кому читать, чтобы сам процесс чтения не являлся устаревшей привычкой. Будут читатели – будет развиваться отрасль.

– С.З.: Здесь, конечно же, государство и на-ши уважаемые чиновники должны изменить свои приоритеты. Если о книге будут говорить с экранов телевизоров, наш Президент, в федеральном пространстве, тогда молодежь и подрастающее поколение будут подругому относиться к книге и к чтению.

– Д.И.: Абсолютно правильно. Еще совсем недавно наше общество сделало акцент на спорт, и мы видим, какие результаты дает внимание со стороны руководства страны к этому важному аспекту жизни. Почему бы в следующие 2–3–5 лет не сделать акцент на чтении?

– С.З.: В связи с этим не может не радовать тот факт, что 2014 объявлен Годом культуры. И, как сказал Президент на Литературном собрании, 2015 год вполне может стать Годом литературы…

– Д.И.: Замечательно, если культура и чтение станут в фокусе государственной политики.

– К.А.: 2014 год – это еще и год 450‑летия первой печатной книги России. Если мы вспомним об этом, то объявленный Год культуры приобретет совершенно иное звучание. Правда, об этом мало кто говорит, но одно из главных культурных событий 2014 года – именно этот юбилей, который способен повлиять на рост интереса к чтению.

– С.З.: Помимо общеотраслевых планов у каждой организации есть и свои проекты и инициативы. Что ждут «Олма Медиа Групп» и университет печати от 2014 года?

– Д.И.: Прошедший год был сложным. Ждем, что в 2014 году будет легче и лучше, но я думаю, что этого не получится. В общем‑то, жаловаться не на что. Возможно, на фоне рассуждений о кризисе в отрасли наши показатели и выглядят вызывающе, но в прошлом году количество наименований у нас увеличилось на 47 %, а тираж вырос на 53 %. Сами не ожидали. Неловко даже об этом говорить. Действительно, такой взрывообразный рост – это нелегко, проблем много, но мы считаем, что надо работать и будет всё нормально. Наши акценты 2014 года – это подарочная литература, энциклопедическая, детская.

– К.А.: Был очень непростой год, год оптимизации нашей деятельности, но мы не зря трудились. У нас прекрасный первый курс – хорошисты и отличники, замечательные талантливые ребята, сделавшие свой выбор в пользу нашего университета. И по результатам мониторинга мы – эффективный вуз. Да мы и не можем не быть эффективными, потому что мы – единственный профильный вуз и должны оправдывать надежды отрасли. В 2014 году будем продолжать процесс оптимизации. Это значит, что мы будем готовиться к следующему приему, находясь в непрерывном поиске новых профилей и траекторий подготовки, наиболее актуальных как для отрасли, так и для иных потребителей образовательных услуг. Это наша первейшая задача. И если на этом пути нам поможет отрасль, множество проблем решим уже в ближайшем будущем, в течение 1,5–2 лет. На 2014 год мы возлагаем большие надежды, но он будет не проще и не легче, чем год 2013-й: он принесет свои сюрпризы, потому что все сферы современной российской жизни весьма динамично меняются.


Буду откровенен: я избавился от читательских предпочтений очень давно. У меня их просто нет. Но читать я обожаю, это одно из моих любимых занятий, одно из самых больших удовольствий в жизни, потому что читаю всё реже и реже. В 2013 году дважды перечел «Евгения Онегина», не знаю почему. Получал искреннее, неподдельное наслаждение. И вторая книга, с которой я не расстаюсь, – это Псалтырь, чрезвычайно серьезное поэтическое произведение древнего мира, которое интересно и полезно само по себе. Вот две книжки, которые сопровождали меня в течение всего 2013 года.

Константин Антипов


В силу моих служебных обязанностей приходится как минимум просматривать всё, что мы издаем. Поэтому обычно я читаю несколько книг сразу. И у меня всегда с собой Библия – это тот текст, к которому возвращаешься всегда и по любому вопросу. А из современного я прочитал Чарлза Кинга «Одесса: величие и смерть города грез» и получил истинное удовольствие. Я очень люблю этот город, там служил, такое ощущение, что я вернулся на 20 лет назад.

Дмитрий Иванов





Партнер рубрики:

© Опубликовано в журнале "Книжная индустрия", №1, январь-февраль, 2014


Еще новости / Назад к новостям